— Это довольно щекотливое дело: в любом случае вы оказываетесь в неблагоприятном положении. Вы не можете свободно разгуливать, утаивая от полиции улики. Вы сделали это слишком поздно. Дональд Лэм умудряется в подобных случаях выходить сухим из воды, но он все время подготавливает свою победу. В конце концов он идет к полицейскому. Но если вы пытались применить его тактику, то только затянули петлю на шее и тянете за веревку изо всех сил.
Берта мрачно сказала:
— Если я потеряю свою лицензию независимо от того, буду я говорить или нет, то в таком случае я предпочитаю молчать.
— Я не растолковал вам еще одно обстоятельство, — сухо продолжал Селлерс. — Если вы все расскажете, то потеряете лицензию, но это при условии, что объяснение удовлетворит нас. И вы сохраните свободу. А если не расскажете, то отправитесь в тюрьму как соучастница.
— Думаю, что я могу обыграть вопрос с мостом так, как выгодно мне.
— А я хочу обыграть это так, как удобно мне. Внезапно дверь распахнулась, и на пороге показалась миссис Голдринг. Она обратилась к сержанту Селлерсу:
— Надеюсь, что не помешала, и надеюсь, что с пациенткой все в порядке. Мы так счастливы — Карлотта нашла свою родную мать. Я хочу ее вам представить. Миссис Крофтус, это сержант Селлерс… — поспешно прибавила: — и миссис Кул.
— Здравствуйте, сержант. С миссис Кул мы уже встречались. Мне очень жаль, что вам нездоровится.
Миссис Крофтус казалась необычайно уверенной в себе. Берта глядела на миссис Крофтус, сидя на краю постели с растрепанными масляными волосами.
— Насколько я поняла, это вы нашли ее? — спросила она Карлотту.
— Нет, — сказала миссис Голдринг, — миссис Крофтус давно разыскивала свою дочь. В свое время она отказалась от нее, чтобы девочку могли удочерить. Потом, когда произошел этот случай, она прочла о нем в газетах и убедилась, что Карлотта — ее дочь. Когда она позвонила в дверь, я сразу же ее узнала. Понимаете, я встречалась с ней много лет назад. Во всяком случае это не причина, по которой Карлотта не может иметь двух матерей… — И миссис Голдринг многозначительно посмотрела на Берту и сержанта Селлерса. Берта внезапно повернулась к Карлотте.
— Почему вы ничего не сказали сержанту о вашем телефонном разговоре с мистером Нанли? — жестко спросила она.
— Потому что это не имеет никакого отношения к данному случаю, — с достоинством ответила Карлотта. — Я только хотела связаться с мистером Нанли, чтобы выяснить, нельзя ли уладить тяжбу на разумных условиях. Я не понимаю, какое это может иметь отношение к тому, что произошло в гараже.
— Боже мой! — произнесла миссис Крофтус. — Кажется, я выбрала не очень удачное время для своего визита! Я очень сожалею, но…
— Думаю, что сержант Селлерс все же захочет узнать, в чем же было дело, — сказала миссис Голдринг, притворно улыбаясь сержанту.
Селлерс кивнул:
— Не то чтобы я считал, что в этом есть какая-то разница, но…
— Поджарьте меня, как устрицу! — внезапно воскликнула Берта, вскочив на ноги.
— Что случилось? — озабоченно спросила миссис Голдринг.
— Что случилось! — воскликнула Берта. — Сейчас я покажу, что случилось.
Она подошла к двери, захлопнула ее и повернула ключ в замочной скважине.
— Могу я спросить о цели ваших действий? — повелительным тоном спросила миссис Крофтус.
— Вы можете спросить, что происходит, — сказала Берта, — и я надеюсь, дорогая моя, что смогу удовлетворить ваше любопытство. Вы можете прокрасться у меня за спиной, ударить по голове и уйти как ни в чем не бывало, но сейчас я покажу вам, как приятно попадаться, и посмотрю, что заставит вас выйти из себя.
Миссис Голдринг в негодовании сказала сержанту Селлерсу:
— Вы представляете закон. Неужели вы останетесь в стороне и допустите подобное?
Сержант Селлерс усмехнулся:
— Я не собираюсь ничего предпринимать, чтобы не останавливать развитие событий.
Карлотта многозначительно произнесла:
— Этот удар по голове, видимо, слишком сильно возбудил ее воображение. Пожалуй, делая неосторожные замечания в адрес других людей, она тем самым навлекает на себя еще большие неприятности.
Берта поглядела на Карлотту:
— Замолчите! Вы заметили, как эта картина двигалась по стене гораздо раньше, чем утверждаете. Я слышала, как вы с кем-то шептались до того, как я смогла увидеть комнату. Это было, когда вы посоветовали вашей матери пойти и размозжить мне голову. Потом вы придумали эту историю с таинственным нападающим. И ваш телефонный звонок Нанли был полностью сфабрикован — вы старались привлечь мое внимание к тому, что происходило в спальне. Поэтому вы и спросили справочную, какой у него номер телефона, чтобы я знала, кому вы звоните, и ждала около отверстия, пока ваша мать…
Миссис Голдринг проговорила:
— Я подам на вас в суд, миссис Кул. Никогда в жизни меня так не оскорбляли. Я…
— Замолчите, — бросила ей Берта. — Не кричите, пока вам не наступили на любимую мозоль. Я сказала: «Мать Карлотты».
Миссис Крофтус откинула голову и засмеялась.
— Я пришла всего пять минут назад, — сказала она. — Я не видела Карлотту много лет — с тех пор, когда она была еще совсем ребенком.
