Несмотря на то, что многие дополнительные энзимы сейчас легкодоступны, лучшие из них (и даже не только потому, что они не имеют отношения к эксплуатации животных), это те, что добываются из гриба, выращиваемого в восточных странах тысячелетиями. Доктор Хауэлл выбрал леечный гриб Aspergillus oryzae и культивировал его на таких растениях, как пшеница и соя, добавляя всевозможные минералы – разные продукты вырабатывают разные необходимые энзимы, среди которых амилаза, протеаза и липаза (протеаза способствует перевариванию белков, амилаза – крахмала, а липаза – жиров). Затем он высушил экстракты энзимов в вакууме при низких температурах, получив безвкусный порошок.
После того как Хауэлл усовершенствовал свой метод в производстве сильнодействующих энзимов, он основал National Enzyme Company, компанию по производству и распространению этих важных пищевых добавок, которой руководил до самой смерти.
Преимущество этих энзимов в их готовности работать в кислотно-щелочной среде желудка. При употреблении вместе с едой, которую подвергали температурной обработке, они избавляют организм от необходимости производить энзимы собственными силами. Согласно Хауэллу, тело имеет ограниченные возможности производства энзимов. Он называл это термином «ферментный потенциал», сравнивая организмы с батарейками, которые вместо определенного количества вольт вырабатывают ферменты, пока не «садятся». Невероятно расточительно производить большие количества энзимов, возмещая их недостаток в нагретой пище, тогда как дополнительные энзимы готовы к употреблению и не дороги.
ПОМИМО ЭНЗИМОВ
Восточные культуры учат, что пища несет в себе еще одно важное качество, пусть и не очень признаваемое на Западе. Сай Баба23, духовный лидер миллионов людей планеты, говорит:
«Качество пищи определяется вибрациями, которыми она заряжена посредством мысленных процессов людей, которые перебирают ее, готовят ее и подают ее».
Поглощая домашнюю пищу, наши мохнатые друзья гармонируют с нашими вибрациями так же, как другие близкие. В конце концов, разве не это мы называем семьей?
ГЛАВА 4. ДЕЙСТВУЕМ
До основания компании Vegepet (Harbingers of A New Age, HOANA) и проведения наших исследований в 1985-1986 годах авторы научных публикаций не рекомендовали пересажить домашних животных на вегетарианскую диету или давали ошибочную информацию. Собаки, будучи всеядными, способны получать необходимые питательные вещества из растительных источников. Однако многие требования для рациона кошек были настолько преувеличенными (согласно лучшим на сегодняшний день исследованиям), что вегетарианство в их случае представлялось невозможным. Вскоре после появления добавки Vegecat, люди спросили: «А где такая же для собак?»
В прошлом несколько ни за что не отвечающих, но действующих из лучших побуждений экспертов ратовали за неполноценное в питательном плане вегетарианство для кошек, основываясь на личном опыте с несколькими животными. Но было очевидно, что у собак со здоровьем нет никаких проблем, тогда как рацион кошек должен был пополняться добычей – иначе наступала слепота, сердечная недостаточность и другие проблемы.
Спустя два года после публикации первого издания этой книги мы спонтанно начали выпускать вестник, посвященный хозяевам животных-вегетарианцев, продвигая идеи о сострадании в массы. В вестнике мы отвечали на часто задаваемые вопросы и писали статьи, посвященные здоровью, ветеринарии и новинкам Vegepet.
ПЕРЕДОВИЦА WALL STREET JOURNAL
На своей уединенной ферме в Нью-Гэмпшире Мэри Каррье кормит кошек и собак (наряду со многими другими животными-вегетарианцами) исключительно растительной пищей. Статья об этом появилась на передовице Wall Street Journal от 27 октября 1993 года. Автор писал:
«Мисс Мэри Каррье добилась того, что большинство хозяев капризных кошек считает невозможным. Пока четыре кошки мирно дремлют на кухонном столе, две другие жадно грызут половину мускусной дыни».
Тремя годами ранее у нас была возможность взять у Мэри интервью.
HOANA: У вас 13 кошек и три собаки. Расскажите, пожалуйста, сначала о собаках.
Мэри: Бэмби – что-то вроде гончей-полукровки, и ей пятнадцать. Еще есть Фокс. Когда она появилась здесь, она весила полкило и выглядела как одна из тех эскимосских собак, но не чистокровная. Третья – Шеба. Она – золотистый лабрадор, ей около двух лет.
HOANA: А кошки?
Мэри: Бэйби девять, Баттерскотч – восемь, Бьютибоут – пять. Еще есть Баффи, Мармелад, Бупси и Эймори, а еще мама-кошка, она появилась недавно, ее зовут Мича, и у нее четыре котенка: Чарли, Радуга, Трусишка и Петунья. Кроме того, Фуфур. Она из штата Мэн и еще совсем котенок. Котята никогда не ели ничего, кроме вегетарианских блюд. Что им по-настоящему нравится, так это нут с яйцом.
HOANA: Вы кормите их сырыми яйцами?
