– Где нашёл, там больше нет, – произнёс в ответ техдиректор. – Шель, вали уже отсюда. Кончай смущать девушку!
Господи, она сидит, наверное, красная, как рак, и все это видят. Какой позор!
– Она так мило смущается, что удержаться просто невозможно, – продолжал мурлыкать бог.
Судя по голосу, он приближался. Кира подняла глаза. С лёгкой смешинкой в глазах Аполлон высвободил правую руку девушки от мышки и склонился к ней с почти воздушным поцелуем.
– Мишель, арт-директор этой фирмы. А вы?
– А я технический писатель, – ответила Кира от волнения.
Ну за что?! За что ей всё это?! Почему она не назвала имя, как все нормальные девушки?
– Всегда мечтал познакомиться с писателем, – игриво произнёс Мишель.
– Я тоже, – обречённо выдавила Кира.
– Она ещё и остроумна! – восхитился артдиректор, обернувшись к Константину Сергеевичу.
«Оно ещё и разговаривает!» – перевёл внутренний голос.
– Она ещё и английским владеет, – уведомил техдиректор.
– И крестиком вышиваю, – не сдержалась Кира.
– Правда? – удивился Мишель.
– Нет.
Здоровая злость победила волнение, Кира отобрала свою кисть и вцепилась в мышку.
– Кира, я с вами не прощаюсь. У меня большие планы на вас и ваш язык, – двусмысленно мурлыкнул Мишель. – А это вам. Чтобы вы меня не забывали, – сообщил он, вырвал из блокнота лист и положил перед Кирой.
На белоснежном листочке был нарисован её портрет. Лёгкий эскиз, в котором безошибочно узнавалась Кира. На рисунке она была в профиль. Мишелю удалось передать сосредоточенность и погружённость. При этом Новикова не выглядела «синим чулком» или зубрилкой. Девушка на портрете жила своей работой. И была очень милой. Кира вновь подняла глаза на арт-директора, который, к своей киношной внешности, оказался ещё и талантливым художником.
– Такой вы мне нравитесь больше, – произнёс Мишель человеческим голосом. И даже выражение лица в этот момент у него было почти человеческое. – До встречи!
Кира даже не догадывалась, что щеки у неё пылали стараниями не только арт-директора. В этот самый момент в кабинете генерального шло совещание. Ген-директор совещался со своим начальником службы безопасности, Александром Морозовым, по поводу неё, Киры Владимировны Новиковой.
– Ты, пожалуйста, собери информацию по этой новенькой, – просил Геннадий своего коллегу и приятеля. – С кем водится, где бывает.
– В чем-то подозреваешь? Может её – того? Чисто профилактически.
– Ни в чём я её не подозреваю. Дело сугубо личное. Так что прошу не в службу, а в дружбу. И, пожалуйста, никому ни слова про мою просьбу.
– Запал, что ли? – понимающе усмехнулся Александр.
Александр, как и положено настоящему мужику, был чуть красивее обезьяны. Его голова была лысой и блестящей. Как он утверждал, это жена выела ему всю плешь за двадцать лет семейной жизни. Оставшиеся волосы скучковались в мохнатых бровях, увеличивая и без того мощные надбровные дуги. Крупный нос был приплюснут в результате травмы, полученной ещё в молодости. Массивная нижняя челюсть тоже бывала ломана, и не раз. Но при всей своей первобытной брутальности, Александр умудрялся постоянно обновлять парк любовниц.
– Да не в том дело, – отмахнулся Геннадий и, постукивая карандашом по столу, признался. – Понимаешь, мы поспорили.
Он рассказал о предмете с-Котского пари и ставках на него.
– Что ж вы так с барышней, – укоризненно произнёс Александр.
– А что? – удивился Гена. – Насиловать же её никто не собирается. А если сама, дура, поведётся, то так ей, дуре, и надо.
– Оптимистичненько ты настроен, я погляжу, – резюмировал начбез.
Несмотря на облик неандертальца, Морозов был человеком проницательным и наблюдательным. С техникой был на «ты», хотя Геннадий не представлял, как эти ручищи умещаются над клавиатурой. Нюх на неприятности имел потрясающий, интуиция у начбеза была почти на грани ясновидения. И главное, он был предан Гене, как верный пёс. Ген-директор помог Морозову выбраться из весьма щекотливой ситуации, вырвал из гостеприимных лап тюрьмы практически, за что Александр теперь служил верой и правдой.
– От меня-то ты чего хочешь? – ещё раз уточнил начбез. – Давай согласуем реальности.
– Я не хочу стрелять наобум. Хочу понять, с кем имею дело. Мне нужно знать, что она смотрит, что слушает, о чём болтает с друзьями, и кто они – её друзья. Чем занималась на предыдущей работе и почему ушла. На что тратит свободное время: хобби, спорт, вредные привычки. Слабости. В общем, нужна любая личная информация. Справишься? Только тихо, как ниндзя.
– Будет сделано, Гена-сан, – Морозов сложил ладони и склонил голову в ритуальном поклоне.
