— Я не знала, что он — частный детектив, — покачала головой Линда.
Норден прекрасно понимал, что она врет, но не мог ее сейчас уличить. Он аккуратно спрятал карточку в карман, поклонился и повернулся к двери. Выходя в коридор, он оглянулся. Линда продолжала неподвижно сидеть на кровати.
Дойдя до двери комнаты Дэвида Питмана, Норден остановился, поднял руку, чтобы постучать, но неожиданно передумал и решительно взялся за ручку.
Ручка легко повернулась, и дверь открылась. Питман сидел за секретером и что-то писал. Услышав скрип двери, он резко оглянулся и попытался спрятать бумаги.
Вид у Дэвида был слегка испуганный, но никаких признаков гнева Норден не заметил.
— Заработались допоздна? — вежливо поинтересовался он.
— Я… да. Не могу уснуть… — Питман встал, и все его движения говорили о том, что он хочет отвлечь внимание Нордена от секретера. — Может, присядете?
— Вы всегда ведете себя так вежливо, когда непрошеные гости врываются к вам в столь поздний час?
— Это очень странный дом, — пожал плечами Дэвид Питман, и на его лице стала проступать тревога. Он стоял в пижаме и халате и дергал пальцами лацканы.
Детектив с вызывающим видом двинулся к секретеру.
Питман сделал короткое движение, словно хотел загородить дорогу, но тут же остановился.
— Так плохо, что даже не стоит смотреть, — мрачно признался он.
— Что плохо? — не понял Норден, подходя к секретеру.
— Моя пьеса, — пожал плечами Дэвид Питман. — Застрял на втором акте и никак не могу сдвинуться с места.
Норден подозрительно глянул на него, потом взял стопку листов и бегло просмотрел несколько. Убедившись, что Питман сказал правду, он почувствовал себя дураком. Дэвид Питман действительно писал пьесу.
— О Боже! — тяжело вздохнул Берт и покачал головой. — Вы пишете пьесу? Но для чего?
— Надеюсь когда-нибудь поставить, — объяснил слегка покрасневший от смущения Питман, который сейчас был сильно похож на пойманного в огороде кролика.
Норден решил не щадить чувств собеседника и спросил напрямик:
— Но ведь постановка пьесы стоит немалых денег, да?
— Да, — кивнул Питман.
— Сейчас у вас денег нет, — хитро заметил Берт, — но вы надеетесь когда-нибудь разбогатеть?
— Надеюсь, после смерти мистера Декера, — откровенно признался Дэвид Питман.
— Вам известно, что у вашей жены есть пять тысяч долларов?
— У нее есть кое-какие деньги. Мистер Декер время от времени делает ей дорогие подарки. Кора продает их и откладывает деньги. Она собирала их для Артура.
— Она и сейчас хочет использовать их для Артура, — сообщил Норден. — Ваша жена дала мне пять тысяч долларов и попросила найти убийцу.
— Значит, вы детектив? Я слышал…
— Да, — кивнул Берт и добавил после короткого молчания: — И она предложила мне еще пять тысяч, если я сумею доказать, что Артура убила Ален.
Питман вскочил со стула и громко воскликнул:
— Нет! Это — неправда! Ален не убийца… она не убивала… — Он сел так же внезапно, как и вскочил. Его храбрость быстро исчезла, и лицо жалобно сморщилось.
Казалось, он вот-вот расплачется.
— Миссис Питман ненавидит Ален, — сообщил Берт Норден. — По-вашему, это естественное чувство для матери?
— Кора не мать Ален, — сказал Питман, нервно грызя все пальцы по очереди. — Этого никто не знает, мистер Норден. Я бы никогда не рассказал вам, если бы… я знаю, что Ален не убивала Артура. Я хочу, чтобы вы поняли это.
— Я вас слушаю, — кивнул Норден.
— В молодости Кора не выдержала диктаторских замашек отца и убежала из дома, — начал свой рассказ Дэвид Питман, пытаясь говорить бесстрастным голосом. — Она хотела стать актрисой, а он хотел выдать ее замуж. Кора устроилась в театр, там мы с ней и познакомились. — Берту показалось, что в голосе Питмана промелькнула слабая насмешка. — Она подумала, что перед ней открывается карьера актрисы и вышла за меня замуж. Я не любил Кору, мистер Норден. После рождения Артура она обратила свое фантастическое честолюбие на него, и я возненавидел ее. Но к тому времени я потратил все деньги, которые мне оставил отец.
Понимаете, я попытался стать театральным продюсером и… прогорел. Тогда-то я и встретил спокойную и понимающую девушку. Она… — Питман поднял и тут же опустил пухлую руку. — Если в двух словах, то она умерла при родах Ален. Я взял девочку домой.
— О Господи! — изумленно пробормотал Норден, думая о Коре Питман.
— Кора согласилась принять Ален, — продолжал Дэвид Питман. — Наверное, для того, чтобы еще крепче подчинить меня. Артуру тогда было почти пять лет. И Кора решила вернуться к отцу. Она хотела, чтобы Артур пользовался всеми благами, которые могут дать большие деньги.
— Мистер Декер знает об Ален?
— Кора обещала никому ничего не рассказывать. Никто не знает, что Ален не ее дочь.
— И даже сама Ален?
— Ален я рассказал сегодня… — тихо признался Питман. — После того, как она нашла труп Артура. — Он поднял голову. — Знаете, она сказала, что рада. Ее тревожила ненависть, которую она испытывает к Коре. Ведь она считала ее своей матерью.