За разговором со старшей шариссой я проморгала, что с Мари творилось что-то неладное. Она также неподвижно стояла у подножия парадной лестницы, опустив глаза на тщательно начищенный слугами пол. Но когда я осторожно потянулась по "связи" к ней, меня прошибло холодной дрожью от удушливой волны безысходности, разливающейся в ней. И за всем этим ворочалась чистая неконтролируемая магия начинающейся истерики. Тарх, тоже почувствовавший надвигающуюся опасность, инстинктивно отступил, а Сина предупреждающе зашипела, встав между ним и Мари.
Испуганно мявкнув, я бросилась к хозяйке, но меня опередили. Забытый всеми Ксеонир неожиданно сделал быстрый шаг в сторону айкиры и схватил ее за руку, притягивая к себе. Я резко затормозила, по инерции присев на задние лапы. Плотный кокон сиреневых лент мгновенно оплел мою хозяйку, образуя непроницаемый колпак, быстро сжимающийся вокруг ее тела. Секунды спустя готовая вырваться магия айкиры была буквально смята на излете защитным пологом раска. Мари, как будто очнувшись, подняла глаза на Ксеонира.
— Только истерик мне тут и не хватало, — он осуждающе покачал головой.
Хозяйка моргнула и только тут заметила, что раск все еще держит ее руку. Резко дернувшись, она отскочила на шаг назад, рефлекторно потирая запястье, а я, наконец, подоспела к ней. Мари подхватила меня на руки, прижав к себе, как будто в поисках защиты, на что я ответила успокаивающим мурлыканьем с доброй дозой успокоительного, попутно проверяя по "связи" состояние айкиры. Увиденное заставило уважительно покоситься на стоящего рядом улыбающегося раска. Так быстро справиться с начинающейся истерикой моей подопечной — даже я не всегда была способна на это.
Стоящий на лестнице Тарх осторожно перевел дыхание. Кому как не ему было знать последствия эмоциональных срывов айкир. Хозяйка, все еще держа меня на руках, прошла мимо него, скользнув невидящим взглядом.
— Прости, Мари, — донесся до нас его тихий голос.
Айкира даже не остановилась, продолжая медленно подниматься по лестнице. Я тяжело вздохнула у ее груди. Самое печальное, что этого стоило ожидать. Айкиры никогда не питали друг другу сильной привязанности, ограничивая эмоциональную связь только родственниками и самыми близкими друзьями. Именно это чувство разобщенности и не давало им реально сплотиться, живя в человеческих землях. Каждый выживал, как мог. Шариссы же, несмотря на то, что были фактически сестрами друг другу, в полной мере унаследовали от своих создателей эту особенность. Вся наша жизнь была сосредоточена только вокруг хозяев. Они были центром нашей вселенной.
Следующие три дня в дом постепенно прибывало все больше айкир, однако Мари не выходила все это время из комнаты. Я оставалась с ней, стараясь отвлечь как-нибудь от мрачных мыслей, но, признаться, это у меня не всегда получалось. Вечером третьего дня раздался осторожный стук в дверь и голос ниса Рида:
— Лонна.
Мари отложила книгу, которую пыталась до этого читать и откликнулась:
— Да, входи.
В дверном проеме показалась взъерошенная голова Рида, а через секунду и весь он неуверенно переминался с ноги на ногу у порога.
— Мари, — он смешно смутился, — пойдем с нами посидим. Тебе же здесь, наверное, скучно?
— С нами? — заинтересованно посмотрела на него айкира.
— Ну да. Мы в малой гостиной собрались, Риний, лиг Ксеонир, лирт Альрид и я. Пойдем?
Мне нравился этот молодой раск — от него не исходило никакой агрессии. Хотя, если задуматься, он напал на нас в первый день в Окине, но такое ощущение, что делал это просто по примеру остальных. А сейчас как будто забыл о том случае. Такая детская непосредственность.
"Иди с ним" — посоветовала я хозяйке, — "Тебе надо развеяться, а кроме того, узнаешь что-нибудь новенькое".
Мари неуверенно посмотрела на меня.
"И потом", — добавила я, потягиваясь всем телом, вытянув передние лапы, — "Внукам своим рассказывать будешь, как тебя раски на вечерние посиделки приглашали. Когда такое еще увидишь?"
Она фыркнула и вновь посмотрела на ждущего его ответа Рида.
— Хорошо, спасибо за приглашение.
Уже выйдя в коридор за молодым раском, Мари уточнила:
— Тебя же лиг Ксеонир попросил меня привести?
Рид покраснел от ее слов и отвел глаза.
— Но он же о тебе беспокоится.
— Может быть, — не стала спорить хозяйка. — Его мнение настолько важно для тебя?
— Конечно, — с жаром ответил юноша, — Он второй по силе раск после Императора, и ему очень-очень много лет. Говорят, он даже был Советником еще во времена до Покушения. Ну и…он мой учитель сейчас.
