Раск задумчиво посмотрел на Мари, потом пожал плечами:
— Ну, это, в общем-то, не секрет.
Я напряженно следила за кончиком пера, скользящим по дереву. За белым кончиком, скользящим по темному дереву. Он то замирал на секунду, то резко двигался в сторону. А еще этот еле слышный шорох, заставляющий когти вцепиться в ковер и нервно подрагивать хвост.
— Лиона была айкирой, которую Альрид лет тридцать назад очень сильно приблизил к себе.
— Айкиру? — недоверчиво уточнила Мари, наблюдая, как я вся подобралась, повернув уши в сторону проклятого пера.
— Айкиру, — подтвердил раск, — а что ты так удивляешься? Это не такая уж редкость, ваши женщины красивы. Наш Император это еще первый оценил.
— И что было дальше?
Я потихоньку, пригнувшись, переместилась к креслу Корзака, медленно переставляя лапу за лапой и вытянув шею параллельно полу. На секунду инстинкты заставили забыть, что это всего лишь перышко, а не желанная добыча из мяса и крови.
— Пока она была с ним, он защищал ее от Охоты, но потом, она встретила Ириха и ушла к нему. А когда тот ее оставил, была достаточно беспечна, чтобы нарваться на расков.
Я почти добралась до мельтешащего пера, остановившись буквально в нескольких сантиметрах от него. Прижавшись к полу, я внимательно следила за белым кончиком, чувствуя, как нервно подрагивает хвост и напрягаются мышцы, готовые вот-вот выпрямиться в решающем прыжке.
— Альрид до сих пор Ириху простить не может, что тот не защитил Лиону, — равнодушно добавил Корзак. — Он вроде как пошел на жертву, отпустил ее к сопернику, а тот даже пальцем не пошевелил, чтобы спасти ее. Просто ушел.
— Но ведь и сам Альрид в Охоте участвует! — воскликнула Мари. — Когда мы с ним встретились, он как раз решил на меня поохотиться.
— Ну, ты не Лиона, — логично предположил Корзак.
От возмущения я даже на секунду забыла о своей добыче. Ничего себе, значит отдельно взятую айкиру раск согласен защищать, но это совершенно не мешает ему охотиться на ее сородичей. Верх цинизма. Но тут Корзак сделал резкое движение пера и я, наконец, не выдержав, прыгнула. Резкое движение руки, и моя добыча оказалась на недосягаемой высоте, а я разочарованно уселась у кресла, не отрывая от нее взгляд и выбивая хвостом нервную дробь по полу.
Раск секунду смотрел на меня, потом пожал печами и запустил перо, словно дротик, в центр расстеленного на полу ковра. Я метнулась к нему, с утробным урчанием обхватив передними лапами и повалившись на бок. Тонкие перышки щекотали небо, заставляя постоянно мотать головой и смешно открывать пасть, но это не помешало мне с удовольствием мусолить добычу, краем уха прислушиваясь к разговору.
— Но вы вот, например, не участвуете в Охоте, так ведь?
— С чего ты взяла? Может, я только вчера с нее вернулся? — Корзак засмеялся. — Ладно, ладно, шучу. Я просто слишком ленив, чтобы еще и гоняться за всякими айкирами. Те времена, когда меня это развлекало давно прошли. Скучно.
Он тяжело вздохнул, машинально пролистнув страницы недочитанной книги.
— А Ирих? — неловко сменила тему Мари, — он правда вот так просто Лиону оставил и даже не помог?
— Не знаю, — кажется, раску это было совершенно не интересно, — C чего бы ему откровенничать со мной, я его едва знаю? Пересекались пару раз, и эти встречи не всегда были приятными. Кроме того, эта тема не показалась мне настолько заслуживающей внимания, чтобы я стал выяснять, в чем там дело.
На минуту воцарилась тишина. Я с удовлетворением осмотрела то, что осталось от пера, и, встав, запрыгнула на колени хозяйки, требовательно мурлыча. Мари без возражений принялась почесывать меня под подбородком и за ушами. Сегодня я кошка, и реакция окружающих меня не волнует.
— И что теперь? — спросила моя подопечная.
— А теперь надо переправить всех айкир к Малому Дворцу, — ответил лиг Корзак. — Завтра отправляемся. Ладно, у меня еще дела. Да и ты, наверное, не болтать со мной сюда пришла.
С этими словами раск поднялся из кресла и протянул руку к подоконнику, где, как оказалось, стоял все тот же пузатый бокал с темной жидкостью. Просто закрытый спинкой кресла он остался нами не замеченным. Приятно осознавать, что что-то в этом мире не меняется. Проводив Корзака взглядом, Мари, наконец, приступила к выбору книги на вечер.
На следующий день с утра пораньше в просторной зале собрались шестеро расков и шестнадцать айкир с шариссами. Ждали только Корзака и Ксеонира. Если бы это сборище сейчас увидел человек, оно показалось бы ему каким-то обществом сумасшедших любителей кошек. Шариссы скромностью не отличались и разлеглись где придется, лишь бы удобно было. При этом пара айкир стояли возле кресел, на которых возлежали их спутницы, и напоминали таким образом телохранителей на службе у знатных особ. И бело-рыжим пятном в толпе темноволосых айкир и черных шарисс выделялся Ирих со своим Рыжиком. Они стояли чуть поодаль от остальных, у окна, и безмятежно рассматривали собравшихся. Приближаться к ним никто не спешил.
