Мурашки снова табуном пробежались по спине и остановились где-то в районе пяток, защекотав их. Капец какой-то, то пальцы поджимаются от поцелуев, то мурашки мотаются куда попало оп мне.
Пока я пыталась возмутиться, Дан снял резинку с моих волос и, собрав рукой их в хвост, потянул, заставляя запрокинуть голову.
- Не мес-то! - по слогам произнес он и поцеловал меня жестко и требовательно.
"И не время", - подумала я, закрывая глаза и отвечая на его поцелуй.
- Богдан?! - вопросительно-изумленный возглас заставил нас расцепиться, и Дан, очень и очень медленно опустил меня вниз.
Как я оказалась практически сидящей на нем, обхватив ногами его бедра, для меня осталось загадкой. Как и для мужчины лет сорока, стоящего сбоку от Богдана и удивленно смотрящего на нас.
- Если мне не изменяет моя память, - выдавил из себя мужчина, - ты сейчас должен быть там, - мужчина указал рукой на закрытую дверь в спортзал.
- Не изменяет, - подтвердил Дан, отворачиваясь от него и помогая мне отдернуть футболку.
- Так почему ты здесь?
- Пап, и это все, что тебя волнует?
Папа? Вот этот мужик его папа?! Нет, ну похож, вроде бы как. Ага. Ростом и фигурой. А так... Фейсом он, вообще-то, на своего брата похож больше, чем на отца.
- Нет, - со злостью в голосе ответил отец Дана, - еще меня очень интересует, что эта... делает здесь и почему она в таком виде.
- Не поняла! А что не так с моим видом? - я провела рукой по волосам в попытке их пригладить и с недоумением посмотрела на папу моего личного психа.
- Во-первых, - начал говорить Дан, обнимая меня за плечи и привлекая к себе, - у нее есть имя, но я не думаю, что тебя это интересует. Во-вторых, она моя будущая жена.
- Что? - одновременно воскликнули мы с отцом Богдана.
- А что? - невинно улыбнулся Дан.
- А как же Кристина? - задал вопрос папА.
- Да! А как же Кристина? - влезла я, пытаясь заглянуть в лицо Дана.
- Ну, - протянул он, - Кристина в пролете.
- Да? - удивился отец Богдана.
- Вы плохо слышите? - решила посочувствовать я, - он же сказал: она в пролете, - потом ехидно ухмыльнулась и добавила, - а я ваша будущая невестка! Поздравляю! Веревку и мыло я вам сама подарю, можете не переживать. Кстати, - демонстративно окинула взглядом мужчину с ног до головы, - вам больше пойдет хозяйственное и пеньковая веревка, - и мило улыбнувшись, закончила, - поверьте моему опыту.
Отец Дана, ну, не знаю я, как его зовут, не обращая на мои реплики никакого внимания, продолжил:
- Богдан, я все понимаю - молодость, гормоны. Но мы ведь уже все обсудили с Александром Михайловичем и решили, что ваша свадьба будет осенью.
- Ух ты! - восхитилась я, - Вы прям реактивные самолеты, так быстро все делаете!
- Закрой рот! - почти вежливо попросил папА.
- Знаешь, что? Тебе надо, ты и женись на Кристине.
- Ага, - поддержала я, - вам надо вы и женитесь, а мы вам на свадьбу книжечку подарим, называется: "Молодая жена. Что это такое?"
- Женя! - прошипел мне на ухо Дан.
- А что? - возмутилась я, - я ничего такого не сказала!
Нет, я все понимаю, но за державу обидно.
- Значит так, - оп-па, похоже папА решил перейти к боям без правил, - с девочкой ты сегодня попрощаешься, а завтра... завтра ты приедешь со мной в гости. К Кристине...
- Больше мне ничего сделать не надо? - угрожающе уточнил Дан.
- Иначе...
- Иначе, что? - как-то лениво спросил Дан.
- Ты останешься на ужин без сладкого, у тебя заберут все игрушки и больше не выпустят гулять, - разъяснила теперь уже Богдану я.
Тот только сильнее сжал руку на моей талии, призывая молчать.
- Я тебя уволю.
- Он тебя уволит, - как попугай повторила я, - Как уволит? Откуда?
- Боюсь, что у тебя ничего не получится.
- Почему? Я, как хозяин...
- Уже нет.
- Нет?
- Точно глухой! - констатировала я.
На меня не обращали внимания, продолжая очень интересный диалог, из которого я выяснила, что вот этот вот "Сфинкс" принадлежит отцу Богдана, но при разводе с мамой Богдана, та оттяпала себе половину и умотала за границу. Но что-то там у нее произошло, и она, не долго думая, переоформила свою часть на Дана. А тому, еще давно, отец отписал половину от своей части. Как-то так.
- ... И поэтому, я предлагаю выкупить у тебя твою долю.
- Ни за что!
- Как хочешь, - почувствовала как Дан пожал плечами, - значит ты будешь просто получать свой процент с дохода. И да, к вечеру освободи, пожалуйста, кабинет.
Я молчала, внимательно наблюдая за тем, как отец Дана, медленно начинает звереть. Но, видать в силу возраста, тому удалось быстро взять себя в руки, и он достаточно спокойно ответил:
- Я продам тебе свою часть. Даже так, я готов тебе ее подарить, но с одним условием.
- Слушаю тебя.
- Один бой, полуконтакт.
- Когда?
- Завтра.
- Место?
- Здесь, - отец Богдана, махнул головой в сторону двери, возле которой мы с Богданом стояли, - в девятнадцать ноль-ноль.
- И ты?
- И я даю слово, что отпишу на тебя свою часть без каких-либо претензий.
- И я тебя больше не увижу?
- Ну, неужели ты запретишь своему любимому отцу, приходить сюда?
