– Схожу, конечно, – Саше и самому сделалось не по себе. – Чего там у Кости еще стряслось? Он же должен был караулить на свалке очередную украденную картину.
– Ту, что украли у Глафиры.
– Может, Костя увидел, кто ее принес, и хочет нам с тобой об этом сообщить?
Но почему не мог позвонить сам?
Ответ на этот вопрос был очень прост. Костя лежал на пустыре, а в груди у него зияло два пулевых отверстия. Алиса при виде тела жениха как окаменела, так и осталась стоять столбом. Ни крика, ни слез, она просто стояла и смотрела на Костю, словно не верила, что все это происходит с ней и на самом деле.
– Застрелили его, – сообщил Буся им, словно бы это не было понятно и так.
Бусю они видели вчера. Был он парень упитанный, добродушный и, в отличие от всей прочей компании, был местным жителем.
– Я первым спохватился, что Костя что-то назад долго не возвращается. Потом полиция приехала, тоже его спрашивают. А его нету. Звоню ему, он не отвечает. Я пошел проверить, знал, где он будет, а он вот тут… лежит. Холодный уже был.
Саша и сам видел, что смерть наступила несколько часов назад. На теле Кости кровь уже запеклась и свернулась. Похоже, дежурство Кости не продлилось долго. Убийца выстрелил в него почти сразу после того, как Костя занял свое место. Об этом же говорила и пачка семечек, рассыпавшаяся возле Кости. Было ясно, что он намеревался погрызть семечки, коротая время, но успел съесть всего несколько штучек, остальные остались в пачке или были рассыпаны на земле.
– Что делать? У нас дома полиция, за ними сбегать?
Саша кивнул.
– Я чего позвонил, – шепотом произнес Буся, – думал, может, Алиска над своим мужиком поплакать хочет. А то полиция сейчас появится, они ее оттеснят. А она чего-то не того… не плачет!
– Видишь, у нее шок. Вчера – отец, сегодня – жених. Нет у нее пока слез.
– Ну, точь-в-точь как моя сеструха! Два дня возле тела мужа сидела, ни слезинки не проронила, а как на кладбище идти, ее прямо прорвало!
И, удовлетворенный этой мыслью, Буся произнес:
– Я чего еще хочу сказать… Вы что-то насчет картин с животными интересовались?
– Да, было такое дело.
– Вон там одна валяется. Рваная, на ней лошадь с жеребенком когда-то были нарисованы. Теперь-то от них уже мало что осталось.
Сашу прямо подбросило.
– Где?
– Вон там!
На том месте, где нашлась картина, имелось и еще кое-что. Три стреляные гильзы. Саша даже не сомневался, что все они из того оружия, из которого был застрелен Костя, а возможно, что и Георгий Сергеевич. Видимо, выстрелов было сделано три или даже больше, но только две пули попали в Костю. Конечно, хватило и этих двух. Но все же Саша встал на место стрелка и понял, что тот был совсем неопытен и к тому же оказался сильно напуган, если он с такого расстояния не смог все пули всадить в Костю. Тот стоял всего в нескольких шагах от своего убийцы, промахнуться с такого расстояния можно было только с большого перепугу.
– Костя увидел человека, который приволок на свалку картину, резко выскочил из своего укрытия, и тот его застрелил. Зачем же он так неосторожно? Наверное, Костя решил, что сам сможет задержать этого типа. Захотел проявить доблесть, хотел, чтобы Алиска им восхищалась.
Саша чувствовал себя отчасти виноватым. Алисе было еще хуже.
– Это мы его убили, – прошептала она. – Мы с тобой!
– Костю убил тот, кто в него стрелял.
– Это мы поручили ему следить за убийцей! И тот убил Костю!
– Но ведь мы договаривались, что Костя только проследит за этим типом. О том, чтобы Костя его в одиночку задержал, не было и речи.
– Ох, я такая несчастная! Такая несчастная!
Алиса закрыла лицо руками и застонала. Буся с надеждой взглянул на нее. Может, заревет? Но Алиска лишь продолжала стонать. И разочарованный Буся уто́пал к дому.
– Горе мне, горе, – причитала Алиска. – Отца убили! Любимый мужчина недоступен. Жених помер. Как жить дальше? Как жить?
Невзирая на трагизм ситуации, Саша услышал несоответствие в стонах родственницы и удивился. Алиска сказала «любимый мужчина» и «жених» так, словно это было два разных человека. У нее был кто-то еще помимо Кости? Какой-то любимый мужчина? Но задавать сейчас Алисе подобные вопросы у него язык не повернулся. К тому же на свалку прибыли полицейские, у которых к Алисе было немало своих вопросов. И уж они не постеснялись расспросить бедную женщину обо всем, что тут произошло.
Во всем этом было только одно светлое обстоятельство. Увидев третью из украденных картин все в том же плачевном состоянии, как и две первые, полиция прониклась уверенностью, что кражи должны быть связаны с убийствами.
И об этом свидетельствовало еще одно немаловажное обстоятельство.
– Насколько мы можем видеть, вашего жениха застрелили из пистолета той же системы, что был и у вашего покойного отца.
Все, как и предполагал Саша!
