– Я не прошу любовь с первого взгляда, но пусть хоть не будет вести себя как… – Ксенька неопределённо махнула ложкой в воздухе, силясь подобрать цензурный и одновременно ёмкий эпитет.
– …Как недоразвитый панголин, – подсказала я, вспомнив недавний разговор с Мраком.
– Не знаю, кто это, но для данной ситуации подходит идеально, – немного подумав, кивнула она. – Ждёшь инициативы от парня – сразу на горизонте появляется какой-нибудь гопник, проявляешь инициативу сама – так они сразу ломаются, как гимназистки!
–А, по-моему, ты просто слишком много об этом думаешь, – куда оптимистичнее отозвалась я, в очередной раз зачерпывая себе порцию ароматного мороженого. – Отложи свои наполеоновские планы, займись чем-нибудь новым и как только тебе перестанут быть нужными отношения, всё как-то само незаметно и завяжется.
Ксенька лишь скептически покосилась в мою сторону, не в силах даже прокомментировать сказанное. Мы просидели в тишине ещё несколько минут, каждая думая о своём. Могу спорить, подруга продолжала рассуждать о несправедливости этого мира, в то время как я снова прокручивала в голове откровение Мрака. Как бы я не высмеивала его рассказ, но первые элементы мозаики наконец начали складываться в моей голове. Странная реакция бабушки на наш приезд, её недоговорки насчёт местных… Да, теперь всё объяснялось. Кроме одного: как могут сразу несколько людей жаловаться на одни и те же симптомы. В памяти всплывало что-то об индуцировании, когда красочный рассказ одного человека, может вызвать все им перечисленные симптомы и ощущения у других людей. Но кошмары и сомнамбулизм… Нет, совсем не тот случай. Я в задумчивости провела ложкой по неровной поверхности мороженого, наблюдая, как тонкий пласт тут же сворачивается в спираль вслед за моим движением.
Надо обязательно поговорить с бабушкой. Если это и в самом деле не единичный случай, а массовое «поветрие», то и она страдает от кошмаров. Но Мрак прав, если до этого она не захотела со мной откровенничать, где гарантии, что сейчас она станет словоохотливой? Значит, надо поговорить ещё с кем-то из местных. Но с кем? Хорошим вариантом был бы пресловутый Евгений, если бы только он не был бы столь… нервным. А может, дело как раз в этих самых кошмарах? Он тоже видит их наяву и во сне? Если истерия и в самом деле достигла таких масштабов, что местные порываются вспомнить Средневековье, то едва ли они способны на конструктивный диалог. Стоп!
Он пришедшей в голову идеи, я так и застыла с наполовину вонзённой в мороженое ложкой.
– Слушай, так как вы с Тимом?.. – начала было Ксенька.
Я вскинула ложку вверх, призывая к тишине, чтобы ненароком не вспугнуть мысль. Если следовать логике, то в первую очередь поговорить бы стоило именно с ведьмой. Если на краткий миг принять слова местных на веру, то она не должна страдать никакими кошмарами.
– Ты не помнишь, как вы познакомились что ли? – усмехнулась подруга, с интересом наблюдая за проступающей у меня на лице работой мысли.
– Нет, разговор сейчас не о Тиме, а о Мраке, – задумчиво протянула я.
– Ого, как быстро ты сменила жизненные ориентиры, – укоризненно заметила Ксенька.
– Нет, я совсем не о том, – раздражённо отмахнулась я, после чего принялась пересказывать последние новости, под конец поделившись и своими планами относительно допроса.
– Делать тебе больше нечего, – презрительно фыркнула она, едва дослушала мой рассказ. – Твой приятель тебе рассказал тупую байку, а ты и уши развесила.
– Но ведь и бабушка до этого говорила чём-то подобном, – обиженно заспорила я. – Вспомни, она с самого начала вела себя странно!
– А может, она просто не любит, когда к ней приезжают без спроса? – быстро парировала Ксенька.
– Я бабушку всю жизнь знаю и могу уверенно утверждать – она мне всегда рада, – начала злиться я. – И чтобы она отклонилась от этого, должны быть очень серьёзные причины.
– Но послушай со стороны: всей деревне начали резко сниться кошмары, которые преследуют их и наяву. Одна бабка сказала, другие охотно повторили. Это как жаловаться на больную поясницу. Сразу же и остальные подхватывают, что и одной колит, и другой кружится, а у третьей вообще отваливается. Больше их слушай.
– Предлагаешь закрыть на это глаза? Если ты так скептично настроена, то ради интереса хотя бы расспросила своего Евгения, раз он местный. Сразу бы убедилась, правда или нет. Ах да, он же не хочет с тобой разговаривать!
О том, что последняя фраза была явно лишней, я спохватилась только после того, как уже всё было сказано.
– Ну, то есть… – невнятно пробубнила я, смутившись от её взгляда, но слушать она меня дальше и не стала. Грохнув почти пустое ведёрко на подлокотник, Ксенька молча вышла из дома, напоследок так хлопнув дверью, что через стенку послышалось, как что-то осыпается в шкафу.
– Ну молодец, Алиса, ты ссоришься с близкими с такой скоростью, что хоть на конкурс выставляйся, – мрачно заключила я, с досадой кинув ложку в ведёрко.
Затем, немного послушав непривычную тишину в доме, добавила:
– Хотя она сама нарвалась. Связывается исключительно с идиотами, а потом мне мозги полощет!..
