Его голос я бы узнала даже во сне. Человек, который пришёл вместе министром — это тот же человек, который пытался убить меня ещё до того, как я попала на Териан. Это командир, который покинул поляну ещё до того как прибыли инопланетяне, которые спасли нас.
Что он здесь делает? Вопросов без ответа стало ещё больше, но я не решалась их задать.
— Через несколько минут, — ответил министр устрашающему мужчине, а потом посмотрел на дрожащую рядом со мной Нори. — Не волнуйся деточка, — обратился он к моей подруге, — ты умрёшь быстро. В отличие от твоей подруги. Нам понадобиться вся её кровь, чтобы исправить ошибку, которую допустил мой брат.
— Что вы имеете в виду? — не выдержала я. — Какую ещё ошибку? И при чёи здесь я?
— Понимаешь Мая, мы с тобой родственники, — последнее слово мужчина буквально выплюнул.
— Вы… вы мой отец? — мой голос дрожал, когда я задавала этот вопрос. У меня возникали подозрения раньше. Невозможно игнорировать нашу с ним схожесть, но я не хотела верить, что этот ужасный человек может быть настолько близким для меня.
Мужчины расхохотался. Его злорадный смех отражался от стен бункера и впивался в моё сердце огромными иголками. Что я такого спросила, если это вызвала подобную реакцию.
— О нет. Я бы никогда не опустился так низко, чтобы связаться с землянкой. Люди твоей расы для меня, как противные жуки, от которых хотелось бы избавиться, но никак не получается. Извини Дмитрий, — он на секунду посмотрел на щупленького мужчину. — Нет, ты не моя дочь. Тебя произвёл на свет мой брат.
Я никак не могла понять, что происходит. Брат? Какой брат? Где он? Министр так сильно ненавидит своего брата, что хочет убить его дочь? Но почему?
— Где мой отец? — со слезами на глазах спросила я у мужчины, который звал себя моим дядей. А потом у меня в голове появилась одна догадка, в которую я не хотела верить. — Что… что ты с ним сделал?
Лицо мужчины исказила гримаса, которую сложно назвать улыбкой. Нет, министр не улыбался, он восхвалял себя.
— Пойдём, я покажу тебе, — сказал он с небывалой гордостью в голосе.
Мужчина взмахнул рукой и клетка открылась. Мне потребовались все силы, чтобы подняться на ноги. Эликсир, который нам давали всё ещё действовал. Слабость никуда не делась.
— Я скоро вернусь, — прошептала я Нори, пытаясь успокоить девушку, которая вцепилась в мою руку мёртвой хваткой и не собиралась отпускать. Мне пришлось вырывать свою руку, чтобы найти своего давно потерянного отца.
Я с трудом вышла из клетки и поплелась за министром и его дочерью, которой он приказал следовать за ним, по тёмным коридорам подземелья. Мужчина открыл ту самую дверь, которая притягивала и отталкивала меня одновременно. Мраморный пол являлся неотъемлемой часть только той в комнате, где должен был пройти ритуал. Стоило нам выйти за неё, как любая отделка закончилась, и остались только голые камни. Пока мы шли, я постоянно спотыкалась об шершавые выступы на полу, но стиснув зубы, преодолевала боль и продолжала двигаться. Хорошо, что идти были не далеко. Поднявшись на десять ступеней вверх и свернув в последний раз, мы оказались в маленьком помещении, которое напомнило мне склеп и не зря. На небольшом выступе лежало тело мужчины средних лет. Свет падал на него из маленького окошка возле этого выступа. Он был единственным светлым пятном в комнате, остальное потонуло во мраке. Я уже знала, кто этот мужчина, но никак не могла поверить. Мне пришлось взять себя в руки, чтобы убедить себя приблизиться к неподвижному телу. Но стоило мне взглянуть на его лицо, как сомнений не осталось. Отец. Я пытала почти полной его копией, если бы не частичка мамы во мне. Мама говорила, что отец пропал, когда мне не было года. Но смотря на этого мужчину сейчас, я не могу сказать, что он пролежал здесь мёртвым практически десять лет. Чёрная рубашка и голубые джинсы покрывали всё ещё мускулистое тело. Лицо сохранило прежние мягкие черты. Я бы сказала, что мужчина просто спит, если бы не неестественная белизна его кожи и холод, исходивший от тела. Да и сердце не издавало ни звука.
— Папа… — прошептала я. — Папочка…
Я дотронулось до его холодной ладони, и почувствовала слёзы на своих щеках. Как можно держать эмоции под контролем, когда отец, которого ты хотела узнать всю свою жизнь лежит перед тобой без движения.
— Папа, проснись… — попросила я, чувствуя, как на меня начинает накатывать истерика. — Я не хочу тебя терять, папочка.
Слёзы начали литься сильнее, а из горла вырвался первый всхлип.
— Хватит, — услышала я грубый голос министра, у меня язык не поворачивается назвать его дядей. — Познакомилась с папочкой, — последнее слово он наполнил таким ядом, что меня передёрнуло, — теперь пора исполнить свою роль. Отдать долг твоего отца.
Одну мою руку схватили грубые мужские пальцы, а вторую — женские. Меня начали тащить к выходу. Я не могла позволить им оторвать меня от отца. Только не сейчас, когда только нашла его. Я не позволю! Магия всколыхнулась в моей крови и прорвалась сквозь дымку раствора, которым нас поили.
— Оживи, — закричала я. — Очнись и подчинись мне.
