Космическая мифология полностью

Есть мнение, что никто не читает предисловия. Если вы обычно пропускаете вводную часть, прошу сделать исключение. Потому что я хочу сформулировать важные принципы, на которые буду ссылаться при разборе современной мифологии.

Двадцать лет я занимаюсь историей космонавтики. Иногда меня называют историком, но на самом деле я всего лишь исследователь-энтузиаст, которой любит докапываться до истины. В поисках мне помогают умение сопоставлять информацию и… доверие. Да, изначально я доверяю любому источнику. Можно даже сказать, что я следую презумпции подлинности информации, но только на первом этапе. На следующем начинается, пожалуй, самое интересное: нужно определить степень достоверности, особенно если источники вступают в противоречие друг с другом. И здесь я прежде всего доверяю науке, в том числе исторической науке. Почему? Дело в том, что наука — та, которую журналисты привыкли называть «официальной» или «академической», — заслужила право на доверие.

В XX веке наука выработала критерии, сверяясь с которыми легко отделить знание от веры. Первый критерий — верифицируемость (проверяемость) теории, утверждения, наблюдения, эксперимента и т. п. Он был введен в употребление учеными, входившими в «Венский кружок», который собирался в начале 1930-х годов под руководством профессора Морица Шлика. Наука и до того пользовалась верифицируемостью, что логично: если вы проводите некий эксперимент и на его основе делаете универсальное обобщение, то для подтверждения обобщения необходимо, чтобы эксперимент мог воспроизвести любой человек, который соблюдает описанные вами условия. Второй критерий — фальсифицируемость (опровергаемость) гипотезы, теории, утверждения и т. п. Его сформулировал австрийский философ Карл Поппер в 1935 году. Всякая научная теория, говорил он, должна содержать в себе указание на пути ее опровержения. Если этого нет и теория основана на каких-то умозрительных концепциях, которые принципиально невозможно проверить ни в настоящем, ни в будущем, то она имеет отношение к вере, а не к знанию. Отсюда, например, вытекает, что геоцентрическая теория (утверждение, что Земля находится в центре Вселенной, а вокруг нее обращаются все небесные тела) была вполне научной, поскольку в ней содержался элемент фальсифицируемости: если наблюдаемое небесное тело будет двигаться не так, как предсказано геоцентрической теорией, то ее нужно либо расширить, либо полностью пересмотреть. И аномалия действительно обнаружилась: пытаясь объяснить периодическое «попятное» («обратное», «ретроградное») движение Марса, знаменитый астроном Николай Коперник пришел к выводу, что геоцентризм следует заменить гелиоцентризмом, в рамках которого странная аномалия получает естественное объяснение. Точку в этом вопросе поставили астрономы XIX века, которые обнаружили периодические видимые «покачивания» близких к нам звезд, обусловленные движением Земли по орбите. В то же время Коперник и его коллеги никак не могли подтвердить или опровергнуть гипотезу существования Бога, ведь в ней не содержится указаний, какое наблюдение, эксперимент или факт расставит точки над «i» в бесконечных теологических спорах. Следовательно, в данном случае мы имеем дело с «нефальсифицируемой» гипотезой — с верой, а не знанием.

Нам, обывателям, не нужно вникать в эти тонкости. Мы занимаемся верификацией науки каждый день, практически ежеминутно. Просыпаемся в теплой квартире, включаем электрический свет, умываемся водой из-под крана, засовываем завтрак в микроволновку и ставим чайник на газовую плиту, едем на общественном транспорте или садимся в личный автомобиль, по дороге беседуем по мобильному телефону или слушаем автомагнитолу. Все это появилось благодаря науке, и мы очень возмущаемся, когда ежеминутная верификация дает сбой в результате какой-нибудь технической неисправности: например, когда отключается свет, из крана перестает течь вода или не заводится двигатель автомобиля. Что характерно, при сбоях мы обращаемся за помощью к специалистам, имеющим научно-техническое образование, а не к Богу или его «официальным представителям» на Земле. Потому что наука может помочь оперативно решить проблему, а Бог… в общем, не будем поминать Его всуе. Мы не верим науке, мы ей доверяем. И наше доверие вполне оправданно: наука через технику делает нашу жизнь комфортнее.

Тут все ясно, но вот с критерием фальсифицируемости вечные проблемы. Очень часто обыватель готов выказывать доверие гипотезам и теориям, которые идут вразрез с представлениями современной науки, не понимая, что быстро отходит от знания в сторону веры. Приведу недавний пример из собственной практики.