Он появился из шлюза, оснащенного лифтом и магнитной площадкой, чтобы притягивать подошвы ботинок. Явился, словно маг из какого-то спектакля или как ожившее божество, спускающееся с пьедестала. Сьют Такавабары был абсолютно черным и чуть поблескивал в отраженном от Хайлендза свете. На спине его горбом выпирал контейнер, в котором, как знал Эван, находятся ядерные снаряды, причем вдвое большие, чем те, которые были у него в сьюте, когда он еще служил в армии. «Ну, и то хорошо, что в ближнем бою он поостережется пустить их в ход, — подумал Эван. — Надо увериться, что он их не запустит в станцию, если это то, что я думаю. Бог знает, что у него там на самом деле».
В прикрывающую руки броню явно встроены два бластера — это было характерно для сьютов фирмы «Крупп» — парные лучевики и огнемет, возможно, даже два. Имелись еще и ракеты — восемь в наплечных контейнерах, две наводящиеся по тепловому излучению в наспинном контейнере нормальной конфигурации. Против человека они не особенно эффективны. Но вот для станции…
Эван проверил свой арсенал, посмотрел на то, что собой представлял этот человек, и вздохнул. «Я сам нарвался. И что я теперь буду с ним делать? Бить его палкой? А для пользы расследования я должен сохранить его в живых как свидетеля. Может, сейчас мне удастся уговорить его сдаться?
Ага, а может быть, свиньи научатся летать…»
В тактическом смысле ситуация была хуже не придумаешь. Такие труднее всего улаживать. Необходимо не дать врагу использовать оружие дальнего действия, заставить его взяться за близкодействующее… и отвлечь его на себя. Легче сказать, чем сделать.
А у Джосса и так дел выше крыши, да и убирать грязь, если что останется, ему тоже недосуг. «Нет, Эван, дружище, — подумал он, — выпутывайся сам».
Эван еще раз проверил показания датчиков. Топливо для маневровых двигателей было на исходе, но тут уж ничего не поделаешь. «Да и не собирался я гонять этого парня по округе», — подумал он. Он привел все системы сьюта в боевую готовность, дал небольшой импульс двигателям, направивший его к Такавабаре, и несколько мгновений прислушивался к показаниям системы.
Он услышал тревожное гудение — его сьют улавливал излучение энергии сьюта противника, и гудение было более высокое, чем свойственно энергетике сьюта. «Неудивительно, — подумал Эван. — Глава компании вполне мог заказать для сьюта что-нибудь сверх обычного. Но что же может жрать энергию с такой силой? И на чем же работает такой генератор»?
Незачем было раздумывать. Теперь противники были слишком близко, они пока лишь передвигались, прощупывая друг друга и выискивая у соперника слабые места.
«Если таковые у него имеются», — отозвался из глубины сознания предательский голос.
Сьют Такавабары был совершенно черным. Глухой шлем, лишенный даже того намека на лицо, какое было у шлема Эвана, огромные вздутия на голенях и руках — глядя на этот сьют, человек должен был увидеть гиганта, монстра, урода, который оторвет тебе голову и схрумкает ее на десерт. Рядом с ним Эван чувствовал себя, как лилипут, как Давид перед Голиафом.
Он чуть улыбнулся. Улыбаться полезно.
Теперь их разделяло не более пятидесяти метров. Безликий шлем изучал его. Одна рука чуть шевельнулась, словно что-то отодвигая в сторону.
Что-то темное, маленькое появилось из-под этой руки. Эван среагировал, не раздумывая, мгновенно активируя бластер, который он, к счастью, перезарядил, как только они покинули чувствительный к изменению давления Уилланс, — там такими зарядами стрелять было просто нельзя. Активация бластера замедлила его собственное поступательное движение, что тоже пошло на пользу. Его выстрел встретил мини-ракету на полпути. Взрыв.
Окно в забрале шлема поляризовалось, затем деполяризовалось, защитив его от вспышки и избавив от ненужных деталей. Но вой его звуковой сирены предупредил Эвана о том, что еще две мини-ракеты устремились к нему, пока первая еще взрывалась. Шлем его был темным, но Эван не был слеп. На внутренней стороне шлема мгновенно возникло изображение, указывающее курс приближающихся ракет. Эван поднял руки и снова выстрелил из бластеров, на сей раз широким лучом, как охотник сбивает одновременно несколько птиц. Обе ракеты взорвались.
Выстрел бластера прошел прямо возле его ноги, и Эван, включив сразу все двигатели, быстро отскочил в сторону, прибавив себе скорости еще и выстрелом из бластера. Сигнальная система предупредила о большом выплеске энергии, дисплей в шлеме показал пунктир световых полос, тянущихся за ним, шире, чем обычный лазерный луч. Его шлем деполяризовался как раз вовремя, чтобы показать ему, как Такавабара поворачивается в его сторону. Эван поднял руку вверх и выстрелил, чтобы придать себе импульс по направлению вниз, как раз в тот момент, когда модулированный лазер полоснул лучом прямо у него над головой.
— Отбери у меня этот меч, — сказал Такавабара, — если сумеешь.
