K-7PO тем временем попытался приготовить кофе. Его движения были точными, почти изящными, но из кофемашины потекла жидкость подозрительного коричневого цвета с металлическим привкусом, которая пахла скорее промышленным растворителем, чем благородным напитком.
— Кофе готов, — объявил дроид с той же механической вежливостью. — Хотя мои анализаторы показывают некоторые отклонения от стандартного рецепта.
Кейрон попробовал и поморщился, словно проглотил что-то крайне неприятное:
— Это не кофе, это дерьмо!
— Возможно, произошла путаница в резервуарах, — предположил K-7PO, и в его голосе прозвучала нота, которую можно было бы назвать виноватой. — Я проведу диагностику... хотя нет, диагностические программы недоступны для моего уровня доступа.
За окном прогремел тяжелый грузовой спидер, везущий, вероятно, детали для строящихся кораблей. Звук его двигателей был глубоким, басовитым, он заставлял слегка дрожать стекла в окнах.
— А кто может их запустить? — спросил Алекс, и его вопрос прозвучал как ключ, поворачивающийся в замке тайны.
— Сертифицированный техник, — ответил дроид, и снова в его голосе промелькнуло что-то живое. — Или пользователь с административными правами.
— А как получить административные права?
Дроид снова помедлил, его оптические сенсоры мигнули несколько раз:
— Это... сложный вопрос, маленький хозяин.
Алекс заметил, что K-7PO явно знает больше, чем говорит. В его поведении было что-то... живое. Он не просто выполнял команды, он размышлял, выбирал слова, даже расстраивался, когда что-то не получалось. Словно за хромированным корпусом билось что-то похожее на сердце.
Из голопроектора донеслись новые сводки: "...цены на тибанну-газ продолжают расти, что вызывает беспокойство у производителей космических кораблей. Экономисты предупреждают о возможном кризисе в транспортной отрасли..."
— Пап, а почему все дроиды такие умные, но притворяются тупыми?
Кейрон рассмеялся, но в его смехе слышалась нотка неуверенности:
— Дроиды не притворяются, сынок. Они просто машины. Очень сложные, но машины.
— Но K-7PO же понимает юмор. И он расстраивается, когда что-то не получается.
— Это имитация, — объяснила Лира, но в ее голосе прозвучала та же неуверенность. — Программа делает их похожими на людей, чтобы нам было удобнее с ними общаться.
Алекс посмотрел на дроида. K-7PO стоял неподвижно, но в его позе чувствовалось напряжение. Словно он слушал разговор о себе и... обижался? Его хромированные пальцы слегка сжались, что было едва заметно, но Алекс это увидел.
— K-7PO, а ты понимаешь, что мы говорим?
— Конечно, маленький хозяин. Я обрабатываю речевые сигналы и формирую соответствующие ответы.
— А ты чувствуешь что-нибудь?
Дроид замер. Его фотоэлементы мигнули несколько раз, словно он обрабатывал не просто информацию, а что-то гораздо более сложное.
— Я... выполняю свои функции наилучшим образом, — наконец ответил он.
Но это не был ответ на вопрос. И Алекс это понял. В воздухе повисла тишина, нарушаемая только гулом города за окном и тихим жужжанием голопроектора.
За окном проплыло воздушное такси, его репульсорлифты тихо гудели, создавая ту мелодию современности, под которую жил весь Корелльский мегаполис. Алекс проводил его взглядом и подумал: "А почему никто не спрашивает, как они летают? Это же интересно!"
— Мам, а кто изобрел репульсорлифты?
— Не знаю, дорогой. Они всегда были.
— Но кто-то же их когда-то изобрел?
— Наверное, — пожала плечами Лира. — Какие-то древние инженеры. Это было очень давно.
— А где можно найти информацию о том, как они работают?
Родители переглянулись тем взглядом, который означал, что их сын снова задает неудобные вопросы. Кейрон нахмурился:
— Зачем тебе это, сынок? Ты же не собираешься стать инженером?
— А почему нет?
— Потому что это сложно. И опасно. Помнишь дядю Гаррека? Он пытался разобраться в принципах работы гипердвигателей. Чуть не взорвал половину верфи, из-за чего его выперли отовсюду. Теперь шляется где-то по внешнему кольцу, торгует запчастями.
— Но он же что-то понял?
— Понял, что лучше не лезть в то, чего не понимаешь, — усмехнулся Кейрон с горечью человека, который сам когда-то мечтал о большем. — Современная техника слишком сложна для человеческого понимания. Мы можем только пользоваться ей.
Алекс нахмурился. Странная логика. Если что-то сложное, нужно изучить и понять. Так же просто, как дважды два — четыре. Почему взрослые думают наоборот?
Из голопроектора донеслись последние новости: "...сенатор призвал к мирному решению торговых споров. В своем выступлении он подчеркнул важность дипломатии в решении межгалактических конфликтов..."
— Алекс, тебе пора собираться в школу, — сказала мать, взглянув на хронометр на стене.
Он кивнул и пошел в свою комнату, чувствуя, как утренний воздух наполнен запахами пробуждающегося города: озоном от работающих двигателей, металлической пылью, ароматом синтетической еды из соседних квартир. K-7PO проводил его взглядом, и мальчик почувствовал, что дроид хочет что-то сказать. Но не может.
Или не имеет права.
Алекс остановился в дверях и обернулся:
