– Еще как намерены, – возразил кто-то еще, по-видимому ничуть не обескураженный. – Потому что катер вооружен, а ваша шлюпка – нет. Только попробуйте не подчиниться – и увидите, что мы с вами сделаем. А капитан нас за это еще и расцелует в обе щеки!
Сраженный справедливостью последнего замечания, Макфарлейн выключил радио яростным толчком большого пальца и, усевшись, молча уставился куда-то в пространство. Полминуты спустя темноту впереди нас прорезала алая полоска выхлопа стартующего катера. Мы следили за тем, как огненная струя исчезает где-то на высоте десяти тысяч футов, затем я схватился за ближайшие поручни – как раз в тот момент, когда Эмброуз включил двигатели и поднял шлюпку в воздух.
Вопреки ожиданиям, наше возвращение никакой паники не вызвало, хотя на корабле и пытались решить, те ли мы, за кого себя выдаем. Я бы даже не удивился, если бы меня подвергли серии тестов, имеющих целью доказать мою абсолютную и непререкаемую принадлежность к роду человеческому. Отпечатки пальцев, анализы крови и так далее. Но они свели все к гораздо более простой и короткой процедуре. Все, что нам предстояло сделать, – это подняться на борт и ненадолго задержаться в шлюзе, пока Эл Стор осматривает нас.
Оказавшись внутри «Марафона», мы сразу поняли, что корабль готов к немедленному старту. Надолго оставаться здесь никто не собирался. Отправившись в умывальную, я долго отмывал руки от присохшей слизи. Она липла к рукам, воняла и, казалось, не давала мылу мылиться. Затем я на скорую руку проверил оружейную и нашел, что все в полном порядке. Если вскоре нам предстояло стартовать, то после старта нужно было сделать довольно многое, и я решил пока разузнать последние новости у Стива или кого-нибудь, кто не прочь поболтать. Не пройдя и пары ярдов по коридору, я встретил Джепсона и зловеще усмехнулся:
– Так ты, значит, все еще жив! Что случилось?
– Меня захватили в плен, – мрачно сказал он.
– Подумаешь! Ты к этому, наверное, уже привык.
Он фыркнул и заметил:
– Я бы привык, если бы каждый раз это происходило одинаково. Меня убивает разнообразие способов.
– Ну и как же получилось на сей раз?
– Да мы с Пойнтером тащились по лесу. Откололись от остальных, но были совсем недалеко от корабля. Пойнтер вдруг заметил, или ему показалось, что заметил, будто на земле валяется нечто вроде металлического украшения, и остановился, чтобы подобрать его. И, как он утверждает, его рука сомкнулась на пустом месте.
– А потом?
– А потом кто-то треснул его по кумполу, пока он стоял нагнувшись. Я слышал, как он упал, обернулся. И могу поклясться, что видел, как он стоит и держит что-то в руке. Ну я, конечно, тоже подошел посмотреть – и… бам!
– Короче, с тобой поступили точно так, же.
– Да. Пойнтер говорит, что его стукнуло дерево, но я что-то не верю. Я пришел в себя, обнаружил, что связан по рукам и ногам и что рот у меня заткнут пучком травы. Меня тащили по кустам какие-то два скользких чудовища. – Он скорчил гримасу. – Нет, их надо было видеть!
– Я видел, – заверил я. – Но поначалу они были в масках.
– Потом они бросили меня и приволокли Пейнтера, упакованного точно так же. А сами побежали обратно к кораблю – видно, за следующими клиентами. Мы лежали там совершенно беспомощные, до тех пор пока не увидели свет фонарей, вспышки излучателей. Потом было много шума, и поисковая партия наконец нашла нас. Ребята говорят, что прикончили с полдюжины штуковин, которые показались бы им самыми обычными деревьями, если бы не Эл Стор. Он расхаживал вокруг и показывал, в какие стрелять.
– Старый верный фотоглаз, да? – Что-то вроде того. Наше счастье, что он оказался на борту. Плохо бы нам пришлось, если бы мы стали расхаживать вокруг, принимая все за чистую монету.
– Наверняка против этого что-нибудь изобретут, – успокоил я. – Недаром же они доят из меня налоги, которые идут на потребу головастым ребятам в лабораториях. Я не намерен шляться по космосу и подставлять голову. Если они хотят получать и дальше мои заработанные потом и кровью бабки, пускай соорудят мне какой-нибудь проволочный шлем или еще что-нибудь для защиты от всякой там телепатии.
– Да уж, тем, кто высадится здесь после нас, проволочные шлемы еще как понадобятся, это точно! – подтвердил он и отправился дальше.
Стива я нашел в радиорубке, где он грыз сухари, и спросил его:
– Как дела? Если, конечно, знаешь. А ты у нас всегда все знаешь, ушастый.
– А ты разве еще не в курсе? – отозвался он. – Ну конечно же нет. Ты у нас никогда ничего не знаешь, безмозглый.
– Ну ладно. – Я привалился к косяку. – Разминка окончена. Давай рассказывай.
– Стартуем, как только все окажутся на борту и Макналти соберет все отчеты.
– Так быстро? Но ведь мы здесь считай и дня не пробыли.
– А ты еще хочешь послоняться? – Он с любопытством посмотрел на меня.
– Конечно, нет!
– Я тоже. Чем быстрее мы отсюда уберемся, тем скорее я получу свой замечательный пухлый конвертик.
– Но мы ведь почти ничего не узнали, – возразил я.
