Я, сдерживая застрявшую в горле тошноту, осторожно брёл вперёд, стараясь не наступить на истерзанные мясистые диски, залитые синеватой слизью, не глядя в застывшие желеобразные глаза. До разговора с Олакур это зрелище не произвело бы на меня такого впечатления. Раньше лаки казались мне просто причудливыми, к тому же агрессивными, животными. Теперь же я шёл и думал, что война – это очень плохо. Да и судьба, наверно, тоже. За комнатой оказался ещё один коридор, а потом ещё одна комната. Трупы лаков устилали пол и там. Я не знал, куда идти и что делать. Заметил на стене небольшую блестящую выпуклость. Нажал. Выпуклая крышка распахнулась, обнажив маленькую нишу в стене. В ней лежал чёрный полупрозрачный пульт, очень похожий на телевизионный, разве что с небольшим экранчиком в верхней части. Я взял его в руку, повертел…
– Володя, ты как там? – послышался в наушниках голос Сам Дурака. – Нам надо возвращаться.
– Нормально, – ответил я.
– Сможешь добраться назад, к шлюзу?
– Да.
– Давай быстрее туда.
Я развернулся и побежал по коридору назад. Очутившись возле люка в полу, где мы выбирались из шлюзовой камеры, я вдруг увидел, как в потолке образовалось большое круглое отверстие, и в него спрыгнул Сам Дурак с мечом в руке.
– Скорее бежим отсюда! – крикнул он. – Их слишком много!
Через несколько секунд из дыры в потолке хлынул факел огня, но мы уже успели спуститься в люк.
Сам Дурак защёлкнул замок и стал открывать нижний.
– Пристегнись к понтону, – сказал он. – А это что у тебя?
Я всё ещё сжимал в руке чёрный пульт.
– Володя, ты молодец! – завопил Сам Дурак. – Это же пульт от Седьмой Плиты! А я-то жалел, что не смог её найти… Скорее, сейчас всё взорвётся… Сунь его в карман на ноге.
Мы вывалились в космос, не став заботиться на этот раз о том, чтобы закрыть за собой камеру. Усевшись на понтон, я почувствовал, как он резко рванул подо мной вперёд. Я обернулся и увидел исходящую из его заднего конца яркую струю.
– Так он реактивный? – удивился я.
– Да, – ответил Сам Дурак. – Кстати, мы в открытом космосе.
– И что?
– Шлем закрой!
Я захлопнул стекло гермошлема, пытаясь сообразить, как же я не лопнул от перепада давления и не задохнулся, но меня отвлёк взрыв сзади, который швырнул нас вместе с жалкой оранжевой палкой в сторону и закружил.
«Лакера» разваливалась на мелкие части, и в трещинах виднелось ослепительное пламя. Струи осколков разлетались в разные стороны, и среди них можно было рассмотреть части тел лаков. Я вспомнил бездонные белёсые глаза Олакур и застыл, вцепившись пальцами в ручки надувного понтона, который уносил нас прочь, к скоплению имперских кораблей, и чувствовал, как по моей щеке текут солёные капли.
Выйдя из шлюза на нашем крейсере, я сбросил шлем и принялся стаскивать скафандр. Меня трясло, и Сам Дурак это заметил.
– Володя… – сказал он, стараясь поймать мой взгляд. – Я всё понимаю… Но сейчас нужно держать себя в руках. Мы должны выиграть войну.
– Не хочу никакой войны… – пробормотал я.
– Её никто не хочет, – сказал Сам Дурак. – Именно поэтому нужно победить как можно быстрее. Пошли, доложим Председателю.
Я брёл за ним к рубке, держа в одной руке пульт, в другой – флистер.
– Кстати, – заметил я, – подло подсовывать неработающий пистолет.
– Он работает, – отозвался Сам Дурак, входя в рубку. – Небось, с предохранителя забыл снять?
Я щёлкнул рычажком на боку и потрогал пальцем курок. Из ствола вырвался яркий зеленоватый сгусток и просвистел над головой Вам Кого, который едва успел пригнуться. На стене задымился пластик.
– Вы что, рехнулись? – накинулся на меня Вам Кого.
– Прошу прощения, – сказал я. – Нервы, наверное.
– Ладно… Вы, я смотрю, здорово разозлили лаков. Плиту видели?
– Нет, – ответил Сам Дурак.
Вам Кого подвёл нас к иллюминатору.
– Вон она.
Я прищурился. Вдали, посреди рассыпавшихся по черноте пространства осколков «Лакеры», парила маленькая точка, казавшаяся ещё темнее, чем окружающий космос. Я почти не мог разглядеть её, но всё равно она завораживала…
– Ясоний выкрал с «Лакеры» пульт от неё, – сообщил Сам Дурак. – Дай, пожалуйста.
Я протянул Вам Кого пульт.
– Надо же. Даже от Ясония бывает польза, – восхитился Вам Кого. – Это резко меняет ситуацию.
Он нажал на пульте несколько кнопок, и мы увидели, как Плита начала увеличиваться в размерах, приближаясь к нам.
– Ну, теперь мы повоюем… – пробормотал Вам Кого.
Плита плыла в нашу сторону ровно, плавно, без рывков, нематериальная, словно бы нарисованная поверх остального мира, и в то же время ещё более реальная, чем он. Скоро она коснулась корабля и стала проходить прямо сквозь его корпус, будто его не существовало. В рубке показался её угол, затем вся Плита, и, наконец, она заняла почётное место в центре, зависнув над полом.
– Красиво, – тихо сказал я, вглядываясь в мерцающие экраны, лампочки, подсвеченные клавиши. – А кто её создал?
– Долгая история, – сказал Вам Кого. – А вообще-то никто точно не знает…
На пульте управления крейсером запищал противный зуммер.
– Снова сообщение от лаков, Председатель, – доложил капитан Дубудам.
– Что там?
– Там всего одно слово. «Умрите».
