Картер Вин решает заполучить Лану в свою корпорацию и постель, но не подозревает, что самый желанный мужчина галактики и его компания не вписываются в планы девушки. Лана хочет свести клеймо сироты и зажить полноценной жизнью, но на ее пути встает глава холдинга “Космострой”.
– Не боишься, что наш гендир не подпишет с тобой трудовой договор? Он так разозлился, когда ты ему отказала. – Зара взяла меня под руку и потащила между рядами столиков с диванами.
Ресторан космопорта был обставлен ничуть не хуже именитых заведений Мансоги. Просторно, светло, уютно и зелено.
Я обратила внимание на широкоплечего рантарианца за столом справа. Он сидел, откинувшись на спинку, с закрытыми глазами, но совершенно не выглядел расслабленным. Создавалось ощущение, что хищник опустил веки, лежа на возвышении, чтобы лучше слышать мир.
Перед ним стояла чашка недопитого напитка. Девушки за ближайшими столиками не сводили с мужчины глаз. Некоторые даже дефилировали мимо, максимально открыв декольте, но все было тщетно – рантарианец на них не смотрел.
Несколько секунд, пока мы не прошли его столик, я рассматривала лицо незнакомца: крупные, немного квадратные черты, выдающийся вперед подбородок, широкие прямые брови и морщинка между ними, словно его мозг был постоянно занят решением сложных задач. То, что он рантарианец, можно было понять лишь по невероятно развитому телу и по высокому росту. На диване могли уместиться три средних человека, а вот уроженец Рантара – один.
– Ты же понимаешь, что означает его приглашение сесть рядом в самолете? – спросила я у Зары, равняясь с привлекательным незнакомцем.
Мы познакомились с девушкой два месяца назад на работе и подружились. Мы обе сироты, у нас обеих не складывалась личная жизнь, и мы снимали квартиры в одном районе Мансоги.
– Помочь ему с документами? – предположила Зара с ухмылкой, по которой стало понятно, что она все-все понимает.
Но я решила подыграть:
– И гендир обратился не к своему постоянному секретарю, а ко мне – инженеру-проектировщику, заканчивающему стажировку?
– Может, чтобы проверить на вшивость? – предположила девушка. – Или ему нужны твои аналитические способности?
– Скорее, на доступность, – парировала я.
– Ну, не знаю, Лан. Все-таки полет в бизнес-классе, а там, может, что еще повыше. Я бы не упустила такой возможности полететь с комфортом. Говорят, там такие кресла, что троим вместиться можно. А там и пять лет стажа засчитают. Сведешь клеймо. – Зара показала глазами на пустой столик, предлагая сесть, и я кивнула.
Мы опустились на диваны, я открыла меню. Обсуждать больше Лукаса Гноца и его билет в бизнес-класс я не хотела. Работу в «Авенсе» я получила, обойдя сто тридцать двух претендентов на должность, прошла трехнедельную подготовку и полгода отработала стажером. Я лечу на Рантар не за красивые глаза или фигуру, а как талантливый инженер-проектировщик, способный помочь в развитии производства на новом месте под потребности рантарианцев. Предложение составить компанию гендиру унижает меня. Я способна добиться повышения самостоятельно, для этого мне не нужно работать в постельном режиме.
До «Авенса» я отработала в трех смежных отраслях кораблестроения, чтобы мне позволили претендовать на должность в таком гиганте по производству космолетов. Он входил в десятку самых желанных мест работы в нашей галактике. Но самое главное – отработав пять лет по постоянному контракту, я могла претендовать на получение гражданства Мансоги. Если получу – смогу свести клеймо галактической сироты. Ненавижу эту печать между лопатками.
Зара посмотрела через мое плечо, и ее глаза расширились.
– Он пересел к нам лицом, – промямлила она.
– Кто? – Я обернулась и заметила через столик от нас того самого рантарианца.
Действительно, пересел на другой диван и теперь смотрит прямо на нас.
Я резко отвернулась, а перед глазами до сих пор стоял его образ. Обалдеть! Я и не знала, что рантарианцы бывают такими… такими… мужественными.
Эта раса славилась своими размерами и телосложением. Хотя на мой вкус, все их мужчины слишком смазливы. Конечно, когда я проходила мимо незнакомца, догадалась по чертам лица, что там не будет никаких острых подбородков и лисьих глаз. Однако совсем не ожидала увидеть такое волевое лицо.
А взгляд какой! Прямой, долгий, и совершенно непонятно, что там творится в его темноволосой голове. Вокруг незнакомца создавалась внегалактическая аура. Он словно был не таким, как все. Будто на него не падала пыль, будто он не ел обычную пищу, будто он источал энергию из другой Вселенной.
Рантарианца невозможно было представить с бутылкой горячительного или сигаретой. Или с дешевкой ради потехи. Казалось, что он берет от жизни только самое лучшее. И этого лучшего здесь не найти.
– Ты знаешь, кто это?
Я покачала головой. Почему-то мне казалось, что он слышит каждое слово.
– Это же Картер Вин – глава холдинга «Космострой». Час его времени стоит как космолет, а секунда – как наш с тобой рабочий день. Наш «Авенс» на десятом месте, а «Космострой» – первый! – прошептала Зара, наклонившись ко мне.
Вот оно как! Значит, вполне себе наш мужчина, галактический. Остальное я себе навыдумывала.
– Впечатляет, – безучастно заметила я, делая вид, что изучаю меню.