Переключая каналы, я то и дело обнаруживал знакомые лица. Вот товарищ К. Г. Бутин — генеральный секретарь ЦК КПСС произносит речь, в целом одобряет борьбу с терроризмом, но не испытывает непреодолимого желания посылать в Ирак советские войска, а милостиво позволяет Америке свернуть свою шею в Ираке самостоятельно. Вот музыкальный каналы: московские кошки «Ночные снайперы» отказываются пудрить носики и пользоваться духами, вот группа «Ленинград» вещает о том, как Сережу с довольной рожей приняли менты, вот Илья Лагутенко призывает маманю делать его точно по установленным чертежам и брака не лепить, вот Земфира сулит апельсины неведомому любовнику. Вот идет фильм «Ночной дозор» с теми же актерами, а вот Терминатор Арнольд Шварценегер грозит потенциальным жертвам, что он вернется и всех замочит… Все одно и то же! Никого разнообразия во вселенной! Или вот: в телеке сидит Сукачев и разглагольствует о том, что рок-н-ролл умер, а сам он, дескать, спасся, переметнувшись не то в шансонье, не то в попсисты. Ну, это наглость! Стоит какому-нибудь рокеру опопситься, как он сразу начинает вопить дурным голосом о кончине рок-н-ролла! Да рок-н-ролл еще сотни лет будет отплясывать свои 4/4 на могилах предателей, а уж Сукачева переживет играючи! Что бы он там не трындел!
Взбесил меня этот Сукачев, я злобно выключил телевизор и сожрал принесенный обед в тишине и без всякого удовольствия. Когда я вгрызался в куриную ножку, меня вдруг осенило. Если в разных мирах встречаются одни и те же люди, то вполне возможно, что здесь может обнаружиться и мой двойник! Это было б супер! Был бы повод закатить пьянку, от которой содрогнулось бы мироздание! Надо будет поехать в Киев и порыться в тамошней телефонной базе, может я и отыщусь? Эх, кутнем!
Ладно, поисками меня здешнего займусь потом, а сейчас я все же схожу к связному…
Я вышел из гостиницы, не забыв снять с сика-пукиной карточки еще одну тысячу рублей. Все-таки к стоматологу иду! Связной, плащи и кинжалы — это все хорошо, но мне не мешало бы выдергать верхний зуб мудрости. Он развалился на куски уже давным-давно, от него остался лишь печальный пенек и он периодически побаливал. Отличный повод от него избавиться!
Я поймал такси и указал шоферюге адрес: «Кобы Джугашвили 14, итальянская стоматология». Это оказалось совсем рядом, шофер невозмутимо проехал метров сто, слупил троячку, высадил меня и укатил. Жулик! Похоже, меня кинули, но не беда, деньги не мои, не жалко. Я разглядывал ряд нарядных витрин, которые занимали весь первый этаж высоченного здания в стиле сталинского ампира. Ну и где здесь стоматология? Я прошелся вдоль витрин и обнаружил, что на одной из дверей, среди списка офисов есть табличка «Итальянская стоматология. Современные технологии и новое слово в медицинской деонтологии. Офис 117». Мне сюда.
За дверью обнаружился длинный-предлинный коридор с дверями офисов, минут через десять я нашел искомую дверь и вошел внутрь. То, куда я попал, на привычный стоматкабинет не походило вовсе. Больше это было похоже на продвинутый салон татуажа. Стены и потолок разрисованы граффити, причем видно, что трудились большие профессионалы. Если эти картины и имели отношения к процессу лечения зубов, то очень отдаленное: какие-то зубатые уроды из ада, дикие стоматологические демоны со щипцами для удалений зубов вместо рук и рентгеновскими пушками вместо голов, несчастные грешники, пронзенные устрашающего вида стоматологическими инструментами, фонтаны крови, изливающиеся изо ртов каких-то несчастных человеков, смеющиеся окровавленные медсестры в коротеньких распахнутых белых халатиках, накинутых на голое тело… На полу лежал линолеум, разрисованный под огонь и адские сковородки… Интересно до жути.
За стеклянным столиком задумчиво полировала ногти сексуальная медсестричка — точь-в-точь как на картинке со стены, только кровищей не залитая и нижнее белье на ней было, оно проглядывало из-под прозрачного халатика, а ткани на пошив белья пошло с хорошую пятикопеечную монету, не более того.
— Простите, — сказал я, — это стоматология? Или это врата в ад?
— Это как посмотреть, — жизнерадостно ответила сестричка, — все зависит от того, насколько болят ваши зубы и какую еще боль вы готовы стерпеть, чтобы получить исцеление. Что у вас болит?
— Ничего у меня не болит! — испугался я. — Я просто хотел зуб вырвать, похоже, что уже не хочу…
— Поздно, — сказала сестра и нажала кнопку коммутатора. — Док, к вам пациент, удаление…
— А… — раздался из коммутатора зловещий замогильный голос. — Очередная несчастная жертва? Пусть заходит!
— Вешайте куртку, оставляйте пистолет и проходите. — Сестра указала на мрачную дубовую дверь, окованную стальными пластинами. На черной двери висела табличка: «Прием ведет опытный итальянский доктор Похмелини Пьяно Андриано».
Я поборол желание драпануть отсюда куда глаза глядят и обреченно отворил тяжелую дверь. Зачем им такая тяжелая дверь? Что они за ней прячут? Царство мертвых?
