— Чего? — Димка поддел рукой Кирин подбородок, заставил посмотреть в глаза. — Что ты его спасла?
— И это тоже, — вздохнула Кира. — И что я за ним ухаживаю, пожалуйста тоже.
— Почему? — рыжий откровенно не понимал. — Мне кажется, он должен знать такие важные вещи о себе. О вас.
— Нет, — уверенно сказала Кира. — Не нужно. Ему будет неприятно и даже больно предстать передо мной в таком состоянии. Пусть считает меня кем-то из персонала. Так легче.
Димка, слегка отстранившись, смотрел на неё с каким-то новым, непонятным пока выражением.
— Ты ангел-хранитель какой-то, а не женщина. Мне сейчас как-то совсем неловко вспоминать, что я смел тянуть к тебе свои лапы. Будто кощунство какое совершил, а ведь я, между прочим, совсем не верующий.
— Ой, да иди ты, — фыркнула Кира.
И он пошёл. В палату к брату.
Как оказалось легко привыкнуть к этому — быть безмолвной тенью, сиделкой, запасной рукой. Влад ничего у неё не спрашивал, вообще выдавал изредка короткие реплики. Неужели правда принял за андроида? Ведь когда приходил Димка, он не просил её выйти, чтобы побеседовать с братом наедине. Если бы считал её одним из местных экосектантов, наверное, вёл бы себя по-другому?
С другой стороны, никаких секретов братья не обсуждали. При Димке Влад держал лицо. Да он при всех его держал, даже с Кирой, которую якобы не замечал.
Отрешенное лицо, скупые фразы, почти полностью отсутствующая мимика. Он ни на что не жаловался, ничего кроме бытовых вещей не просил. С врачами обсуждал прогнозы, с Димкой — рабочие вопросы.
Рыжий иногда выманивал Киру в коридор, чтобы поговорить, так как при брате выполнял её просьбу и не вмешивался в её глупую игру.
Но с ним тоже всё как-то изменилось. Их общение стало вроде теплее и ближе, но та искра, что скользила раньше от каждого взгляда, каждого прикосновения — она ушла бесследно. Даже поверить трудно было, что это с ним Кира ещё вчера так жарко целовалась. Он был соратник, сообщник, брат. Ничего интимного, волнующего тело. Дружба и притяжение душ — гораздо более сильные, чем любая страсть. Гипотетически.
Так было, пока Димка не притащил видео-коммуникатор. Влад, конечно, не мог видеть лица своей собеседницы. Димка, которого он попросил удалиться вон, тоже. А вот Кира могла.
Незнакомка подходила Корнилову. Куда больше, чем Катька, это следовало признать. Оно и к лучшему — весь этот воистину идиотский поход с грубым неумелым флиртом раздражал даже как воспоминание. После всех несчастий Катька стала прежней, пусть вздорной, но заботливой и верной подругой. И Тони снова был рядом, а это чего-то да стоило.
Впрочем, сейчас это не имело значения.
Важен был только Влад, бледный сильнее обычного, судорожно вцепившийся пальцами целой руки в край одеяла.
И она — сумрачная дева с полотен прерафаэлитов, с гордым челом и крутыми кольцами локонов, обрамлявших изысканно-прекрасный лик. Богиня, демоница, фейри с холмов земной Ирландии. Живая современная женщина так выглядеть точно не могла.
Вот только узор татуировки на оголённом плече и модный в этом сезоне топ с одним рукавом-крылом не оставляли простора воображению.
И боль, застывшая в невидящем взгляде Влада — тоже.
— Корнилов, ты рехнулся? — спрашивала она. — Конечно, я не прилечу на другой конец галактики только для того, чтобы держать тебя за руку. Прости, но у меня есть другие дела.
— Мэй, послушай…
Он говорил спокойно, но в этом спокойствии было что-то более неестественное, чем в остекленевших глазах.
— Нет, я сказала. Деньжат, если надо, подкину. Об остальном не проси.
— Я не прошу, Мэй. Просто я отчего-то смел надеяться, что тебе не совсем безразличен.
— Ты был прав. Я тебя ненавижу, какое уж безразличие. Но выпить за твоё счастливое спасение от неминуемой смерти это нам не помешает. Научишься заново ходить, пригласи меня в «Красный дождь». Буду ждать. Чао, милый.
Кажется, она хотела сказать что-то ещё, но этого Кира не узнала, потому что Корнилов одним движением руки отправил коммуникатор в стену. Разбил, конечно. Вдребезги.
А потом закрыл рукой лицо.
Кира боялась дышать. Надеялась, что он её не заметит. Зря, конечно.
— Выходи, — сказал Влад, когда немного овладел собой. — Я тебя слышу. Чувствую аромат твоей кожи, волос.
Краска бросилась Кире в лицо. Но ведь она не обязана с ним разговаривать? Только помогать? Вдруг она и правда андроид?
— Кира, — не оставил ей и крохи надежды Влад, — выйди отсюда, пожалуйста. И дверь за собой закрой.
Она поднялась со стула. Сделала неуклюжий шаг на подгибающихся ногах.
— Как ты понял, что это я?
— Да выйди уже! — почти прорычал Влад, словно именно для того, чтобы Кира почувствовала себя полной дурой.
Она не вышла, она просто вылетела из палаты. А потом воровато прижалась к двери и слушала.
Он ведь ничего с собой не сделает? Он ведь сильный, правда? Он ведь крутой?
Он ведь сказал ей, что хочет жить даже, когда было неясно, какова будет эта дальнейшая жизнь.
Вернуться было даже сложнее, чем уйти. Но не ждать же Димку? Мало ли что.
