Меган, сидевшая в кресле возле окна, положила ладонь на мою руку.
– Не нервничай так, а то разломишь эту штуковину напополам.
Я положил электронную книгу обратно на колени и виновато взглянул на Меган. Она сжала мою руку. Кроме сочувствия в ее взгляде мелькнуло что-то еще. Я отвел взгляд и уставился в окно.
Наконец нас выпустили из самолета, и мы прошли внутрь здания, где у стойки выдачи багажа уже ждал Кайл. Конечно, мы общались через социальные сети, но вживую я не видел его со дня моей свадьбы, поэтому пивной живот и проседь в волосах немного застали меня врасплох. Он заключил меня в медвежьи объятья и дважды хлопнул ладонью по спине.
– Рад тебя видеть, – сказал он. – Хотя обстоятельства, конечно, паршивые.
Я вновь представил его Меган, и она с улыбкой пожала ему руку. Я безуспешно попытался припомнить, когда в последний раз видел ее улыбку, не считая просмотра комедийных сериалов. В груди зашевелился смутный комок из ревности, тоски и чувства вины.
Кайл лично отнес сумку Меган к своему «Приусу» и поставил на заднее сиденье. Он попытался убедить ее сесть спереди, но она наотрез отказалась. В итоге вперед сел я, а она расположилась сзади.
Выехав с крытой парковки, мы немедленно застряли в пробке, собравшейся из-за сильной, перекрывшей все небо грозы.
Я обвел рукой бесконечные ряды машин.
– Прости. Наверняка сегодня у тебя были дела поважнее.
– Ты шутишь? – ответил Кайл. – Да если бы не вы, мне пришлось бы сидеть дома и ругаться с детьми, пока Донна проводит время в своем книжном клубе. А так им пришлось остаться с моей мамой. Для меня это лишний день отдыха.
Сидящая сзади Меган фыркнула.
– Как вы здесь в целом? – спросил я.
Кайл прочистил горло.
– Мама выгнала папу. В этот раз окончательно.
– Из-за чего? – спросил я, попытавшись не выдать голосом свои мысли.
У меня не было доказательств, что мистер Рэнсом продолжал ходить «налево» после исчезновения Сидни, но мужчина, влюбившийся однажды в девочку-подростка, вполне мог продолжить в том же духе.
– Ничего конкретного, – ответил Кайл. – По крайней мере, мне это не известно. Но знаешь, мама будто стала счастливее. Перестроила весь наш дом. Он уже не похож на то место, в котором я вырос.
– А папа?
– Живет в трейлерном парке, – сказал Кайл.
Немного помолчав, он продолжил отвечать на наши с Меган вопросы: рассказал о своем браке, о троих детях и, наконец, о «Блуждающей тьме». Они с Донной выкупили ее у моей мамы в 2003 году и радикально перестроили, превратив кошмарный лабиринт в сафари по стране нежити. Переименовав аттракцион в «Обитель зомби», они удачно, хоть и непреднамеренно, открыли его в самый разгар зомби-безумия, спровоцированного такими фильмами, как «28 дней спустя» и «Рассвет мертвецов». Какое-то время дела шли неплохо, но, как уже поняла на собственном опыте моя семья, однообразие рано или поздно приедается, поэтому в прошлом году «Обитель» закрылась. Кайл устроился в компанию, продающую коробки и упаковочные материалы, а Донна – оператором в колл-центр.
– Нам до сих пор принадлежит склад и все его содержимое, – сказал Кайл. – Я обдумываю способы, как вернуть его к жизни.
Слова прозвучали глухо, словно он сам не вполне в них верил, ведь для этого пришлось бы отказаться от стабильности его нынешней работы, а это довольно трудно. Что ж, в конце концов, мы все повзрослели.
А потом разговор как-то сам собою стих. Кайл включил дворники на полную мощность. Ползая по стеклу, они издавали жалобные звуки, и я почувствовал, как все мы пытаемся придумать хоть что-нибудь – что угодно! – лишь бы не говорить о причине нашего возвращения в Вандергрифф.
Наконец Меган решилась на маленький гамбит.
– Итак, Кайл… я слышала, мой муж когда-то встречался с твоей женой?
– Меньше месяца, – подыграл я ей. – После чего Кайл, мой лучший друг, ее у меня увел.
– «Увел» – это сильно сказано, – возразил Кайл.
– Как и «лучший друг», – ответил я.
После этих слов мы рассмеялись, и на мгновение я ощутил радость от того, что оказался дома – в машине вместе с женой и лучшим другом; и оттого, что они поладили между собой, сделав меня мишенью для шуток. Это был тот самый проблеск жизни, о котором я мечтал, когда впервые встретил Меган, но который так и не сумел воплотить в реальность.
Чувство радости испарилось, когда мы добрались до жилого массива, в котором жили Юнис и Хьюберт. Впрочем, назвать его жилым было бы преувеличением. Улица, на которой стоял дом Юнис, была первой и единственной в этом районе. Остальная его площадь была усеяна мрачными скелетами недостроенных зданий и прямоугольниками заросших сорняками пустырей. Давно выцветший рекламный щит на углу улицы сулил «ДОМА И ЗЕМЕЛЬНЫЕ УЧАСТКИ ОТ 30.000 ДОЛЛАРОВ».
– Какая старая реклама, – заметил я.
– Она висит здесь уже много лет, – ответил Кайл. – Инвесторы, финансировавшие проект, вышли из бизнеса, и с тех пор он никому не нужен. Раньше здесь еще стояли погрузчики и краны, но кто-то их выкупил и забрал. А то, что осталось, потихоньку ветшает.
