Дмитрий Каралис
КОСМОНАВТ
(из цикла рассказов "Близнецы")
1
Отцу с дядей Жорой исполнялось по пятьдесят, и юбилей решено было справлять вместе, накупленной вскладчину даче.
Мы сидели на дядижориной веранде, куда днем заглядывало солнце, и прикидывали, что осталось сделать в оставшееся до юбилея время. Гостей предполагалась пестрая туча: друзья-геологи, ученые из Сибири, моряки-подводники, школьный приятель-эквилибрист, мастер спорта по боксу, тетезинин брат-чечеточник... Человек тридцать, не меньше. Куда всех усадить, чем накормить и где потом разместить?
Отец с дядей Жорой сказали, что материально-техническую базу, то есть столы, скамейки и ночлег они возьмут на себя, пусть женщины не волнуются.
-- Надо взять доски и сколотить из них пэ-образный стол и лавки, -предложил дядя Жора, поглаживая Чарли между ушей.
-- Из каких досок ты собираешься делать стол? -- спросила тетя Зина. -Не из тех ли, что на беседку?
-- А из каких еще? Не покупать же новые? Зато сделаем шикарный стол -внукам останется! И на мои поминки еще сгодится, если бережно относиться и от дождя прикрывать. Вы же без меня потом не сколотите!
-- Типунтебе на язык! -- сказалатетя Зина. -- А беседка? Вы же собирались строить новую беседку для чаепития и бильярда!
-- Хорошо, -- согласился дядя Жора, -- не будем колотить стол. Вытащим со второго этажа ковры и постелим на траве!
-- Ну да! -- сказала тетя Зина. -- Чтобы соседи подумали, что мы какие-нибудь узбеки. -- И как женщины будут сидеть в праздничных нарядах?
-- За узбекским столом женщины не сидят, -- сказал дядя Жора. -- Они только приносят кушанья и спрашивают мужчин, не надо ли еще чего.
-- Да ковры-то старые, -- сказал отец, не отвергая узбекского принципа по поводу участия женщин. -- Если только потом на них возлежать...
-- Правильно! -- сказал дядя Жора. -- В темпе сколотим длинный стол и скамейки. А ковры почистим и расстелим неподалеку, для неспешных бесед и отдыха. Еще бы неплохо устроить журчащий фонтан из шланга и насоса, но это продумаем отдельно. Жалко бассейн выкопать не успеем...
-- Почему? -- спросил я. -- Если пригнать трактор "Беларусь"...
-- Подумаем, подумаем, -- пообещал дядя Жора. -- Времени еще три недели. А ночлег организуем в палатках. Я привезу три армейские палатки, накосим сена, застелим брезентом и выдадим каждому одеяло.
-- Жора! -- сказала мама. -- Где мы возьмем тридцать одеял? А пододеяльники?
-- Хорошо, -- сказал дядя Жора. -- Пусть мужики спят в палатках без пододеяльников, а женщинам, если они такие фифочки, иу них нет полета фантазии, найдем пододеяльники... Космонавта положим в доме...
Мы с Катькой переглянулись.
-- Что? -- тетя Зина строго посмотрела на мужа, будто слово "космонавт" было ругательным.-- Какого еще космонавта?
-- Обыкновенного, -- пожал плечами дядя Жора. -- Летчика. Из отряда космонавтов. Только об этом никому не следует знать. Может, он вообще, еще по здоровью не подойдет.
-- Куда не подойдет по здоровью? -- спросила тетя Зина.
-- Туда! -- дядя Жора показал рукой в потолок. -- Для полетов в космос.
-- А откуда он взялся?
-- Познакомился недавно, -- скромно сказал дядя Жора.
-- Где? -- допытывалась тетя Зина.
-- Ну, познакомился случайно, --пожал плечами дядя Жора. -- Экое дело!
-- А сколько ему лет? -- заинтересованно спросила Катька.
-- Около тридцати, -- сказал дядя Жора, листая список дел.
-- Фу, какой старый, -- Катька отвернулась и стала смотреть сквозь окно на калитку, возле которой крутились парни с велосипедами. -- Я слышала, что в космонавты и в подводный флот берут коротышек. Представляю, что тут соберется за публика.
-- Нет, ты объясни, -- не отставала тетя Зина, -- где ты с ним познакомился? И как его фамилия?
-- Я же говорю -- познакомился случайно! -- сказал дядя Жора. А фамилию не спрашивал. Зовут его Леха. Алексей. Я ехал вдоль залива, а за ним бежали. Подсадил. Познакомились. Отвез, куда он попросил.
-- И куда же он попросил?
-- В военно-морской санаторий.
-- Он что, там лечится? Больной?
-- Не лечится, а отдыхает.
-- А кто за ним бежал?
-- Ну, какие-то хулиганы местные. Человек пять-шесть, поддатые. Они же не знали, что он будущий космонавт. Он вообще, живет там инкогнито.
Знал я этот военно-морской санаторий у залива. Однажды после танцев мне поставили там такую сливу под глаз, что пришлось врать родителям, будто я толкал застрявшую в грязи машину, а рука соскочила с крыла, и я физиономией приложился о кабину. Два матроса с подводной лодки отчехвостили нас с приятелем на славу -- бляхи так и мелькали, так и мелькали. И главное, без всяких надежд на реванш -- они ходили толпой и почему-то одинаково одетые по гражданке. И как теперь выясняется -- все инкогнито.
-- Ну ты даешь! -- Тетя Зина покрутила головой и пожала плечами. --Кто-то бежит от хулиганов, ты сажаешь его в машину, он говорит, что ему надо в санаторий, где он живет инкогнито, потому что космонавт. Это же смех! А если он жулик, воришка? Ты хоть документы у него спросил?