Развязала. Помассировала затылок, найдя точки, и просто разминая выступающие мышцы. Как он хотел. Есть те, кто любит глубокий массаж, есть те, которым надо сначала привыкнуть…а есть те, кто не любит крепкие и глубокие массажи вообще. Я из средних. Мне надо время привыкнуть…боль ненавижу…сколько я ее натерпелась…а все равно ненавижу. Боль никогда не может нравится. И привыкнуть к ней невозможно. Но у меня были случаи, во время экспериментов, когда долгое терпение боли переходило в привычку, ну внимание на нее не обращала, а потом рраз! И причинять боль переставали…тогда я орала…об боли. Хотя ее не было… И во время оборотов…поэтому все устройства и выходили из строя…неправильно определяли боль и ее отсутствие. А по всем прогнозам и уравнениям ученых от таких болей, что долгое время фиксировали все датчики, не то что другие, я САМА должна была сдохнуть на том столе…
Наконец, управившись с шеей, когда пальчики уже просто ныли, я начала перебирать и расчесывать пальцами волосы…густые, шелковые, одновременно и теплые и холодные. Сам волос был толстым и здоровым…без сечения.
Кот дал мне гребень, с отверстиями для пальцев, и взглядом дал понять, что тоже хочет… Кивнула ему. Как только с волосами закончу…и пальчики успеют отдохнуть.
Волосы за гребень цеплялись, и Заря пару раз дергался.
С неудовольствием посмотрела на это орудие пыток. Встала, и достала свой. Подарок женщины, которая нас нашла на астероиде. Бабушка…вздохнула.
Простая деревянная щетка для волос с тугими костяными зубцами. Взяла ее в ладонь как щетку. Пальцы едва ее удерживали и начала расчесывать. Ни разу волосы не зацепились. Колтуны начинала осторожно вычесывать с кончиков. И распутывала. Мне и самой понравилось возиться с его волосами, пропуская ме пальцами. Окуная в них ладони целиком. Люблю такие волосы. Помассировала ему головку под мурчанье и заплела две тугие косы. До пояса. Хиленький пушистый венчик спускались до копчика. Мило оглядела результат и отпустила мужа спать.
Теперь начала делать массаж Котику. Начала садистки. Сразу с глубокого. Он сначала измученно стонал, а потом начал мурлыкать. С удовольствием вслушивалась. Разминала. Гладила. Прощупала каждую мышцу, предварительно чуть оттягивая ее. Люблю его кожу. Тонкую, нежную…мне говорили, что такой кожа будет только до 16… А потом огрубеет.
— Что вздыхаешь? — тихо спросил он, чуть повернув ко мне лицо.
Решила ответить честно.
— Мне безумно нравится твоя кожа. Гладкая, нежная…шелковистая. Даже на вид. Когда ее ласкаешь, такое ощущение, будто она ласкает в ответ.
— И почему тогда вздыхаешь? — и он повернулся боком, чтобы посмотреть мне в глаза обоим глазами.
— Ну, ты же скоро вырастешь…и это прелесть- я начала любовно гладить кожу и на руке, и спине, и груди… — Исчезнет. — добавила я, с безумным сожалением.
— Но зато я буду большим, мускулистым и сильным…вам же, самкам, нравятся брутальные, сильные мачо, с огромными достоинствами между ног? — это он иронично.
Я горько рассмеялась. Ага. Нравятся. Молодым дурам. Ведь именно по таким параметрам выбрала отца своим детям, сначала выбрала себе всех мускулистых и высоких(выше чем я) блондинов со светлыми глазами, а потом методом тыка, понадеявшись на судьбу…выбрала, блин.
— Я люблю тебя такого, как ты есть сейчас. Каким увидела впервые…не безумного накаченного мачо. А реального парня. Который не старался произвести впечатление. Не знаю еще что, но тогда рядом с тобой был твой друг. Брюнет. Накаченный. Безумно, красивого, сексуального, старающегося произвести впечатление…а взгляд я не могла оторвать ОТ ТЕБЯ!!! Почти подростка. Я не знала какого ты роста. Твой характер…но безумно была несчастна, когда мне сообщили, что ты занят. И тебя убрали из кандидатов в женихи.
— И тогда ты смухлевала?
— Ты жалеешь? — и я внимательно посмотрела в его глаза.
— Что остался живым, и получил единственную самку, о которой мечтал? Ну, чего во мне есть, но только не сожаления. Давай разминай. Так почему ты выбираешь субтильных?
— Не такой уж ты и субтильный! Плечи пошире у всех моих человеческих знакомых минимум в три раза! Да и мне вполне достаточно, чтобы ты мог меня на руках носить. И чуть беременную тоже. А почему плечи такие широкие? Вас же там ни чему из боевки не обучали?
— Не боись, тебя и свою тройню я унесу, хоть сейчас! — и самодовольно улыбнулся. Отвернулся, добавил:- а у нас с двух лет была активная акробатика, лёгкая атлетика, танцы и плаванье. Все самое то, что нужно для гаремных барашек. Я всем этим занимался, любил, но понимал свою участь если покажу высшие результаты…
— ТРОЙНЯ?! Ты лишь двойную осилил. — и садистки выкрутила болевую мышцу.
Он вскрикнул и замолчал. Мне стало стыдно. И я вернулась к массажа, нежно оглаживая место щипка.