Вдруг меня словно пробило током, когда он невесомо пальцами погладил шею под волосами. И я заткнулся, не веря в происходящее. Вик тоже молчал, а его пальцы будто сами по себе слегка поглаживали мою шею. Я понимал, что надо отодвинуться и прекратить это. Но мое тело, предав меня, затрепетало и плавилось от ласки. По нему волнами расходилось удовольствие, и эпицентр этого удовольствия был в точке, которой касались пальцы Вика. Я, наверное, мог бы так сидеть бесконечно. Наслаждаясь этой полулаской. Но Вик убрал руки, и я непроизвольно повернул к нему голову. Догадываюсь, что в моих глазах большими буквами стояла просьба продолжить. Но осмелиться произнести это я бы не смог. Вик мягко обхватил мой подбородок и, лаская подушечками больших пальцев нижнюю губу, наклонился ко мне. Я еще сильнее вцепился в скейт. Неужели? Боже… И его губы мягко накрывают мой рот. Дальше полное затмение. И вкус апельсина. Сердце стучит где-то в горле. Я, всхлипнув, подаюсь ему навстречу. Скейт, выскользнув из рук, откатывается куда-то, но это уже не важно… Я лихорадочно впиваюсь в его пальцы. От волнения и революции в моем сердце фактически выламывая их. Вик в ответ углубляет поцелуй, сжимая мои пальцы. Его язык нежно ласкает нижнюю губу, скользит по зубам и проскальзывает в мой рот. Меня трясет. Я задыхаюсь, сердце бьется так, что больно. А тело прошивают острые болезненные волны удовольствия. Вик разрывает поцелуй и смотрит в мои ошалевшие глаза. Мой первый поцелуй. Он подхватывает мою недееспособную тушку и усаживает меня на колени, лицом к себе. Я, не в состоянии вынести всего происходящего, утыкаюсь ему в грудь лицом и замираю в кольце его теплых рук. Он нежно поглаживает меня по спине.
– Тшшш… – шепчет он, успокаивая меня. – Нежный мальчик. Посмотри на меня.
И я отрываюсь от его тепла, смотрю в его глаза. И понимаю, что сегодня у меня есть шанс. И если я его упущу, то никогда себе не прощу.
– Я хочу тебя, – полузадушенно признаюсь я ему еще раз, уже осознанно.
– Поцелуй меня еще раз – ты потрясающе целуешься, – шепчет он мне в ответ.
Я – потрясающе? Точно я? Но мысли сильно опаздывают от действий моего тела, и я сам уже целую его. Пробую на вкус мягкость его губ, смакуя их легкими прикосновениями. Вкус апельсина. Я теперь люблю апельсины. Навсегда. Неуверенно прикусываю его губу, повторяя поцелуй Вика, и языком слегка трогаю каемку зубов. Его язык сплетается с моим. Он мой мед. Сладкий мед. Я не хочу, чтобы это заканчивалось. Боюсь оторваться, чтобы вдохнуть. Боюсь упустить даже миллисекунду этого момента. Вздрагиваю, когда его руки залезают под мою толстовку и начинают обрисовывать каждый позвонок, и я неожиданно для себя самого разрываю поцелуй, выгибаюсь, и стон вырывается откуда-то из глубины грудной клетки. Болезненно-мучительный стон. Сладкий стон. Я готов на все что угодно. Где угодно. Не замечая резко похолодевшей погоды, забываю про то, что мы в парке.
– Темик, – тянет Вик – поехали ко мне?
– Да. – я редко в чем уверен в своей жизни. Но вот в этом я уверен точно, на все сто процентов. Я хочу, чтобы это был Вик.
5
В такси я лихорадочно сжимаю его пальцы, больше всего я боюсь, что он передумает. Я ерзаю от нетерпения, мысленно подгоняя водителя. Проклинаю светофоры и пробки.
– Не бойся, – Вик неправильно истолковал мое волнение. – Если ты передумаешь, только скажи.
– Нет! – почти в панике шепчу я. – Не передумаю.
Но переступив порог его квартиры, я вдруг растерял весь пыл. Съежившись в прихожей под его взглядом, собираюсь сказать ему, что у меня не получится.
– У тебя потрясающе красивые глаза. Почему ты их прячешь? – Вик нежно отводит мою челку, открывая лицо.
– Я не хочу, чтобы каждый знал о том, что я чувствую, – признаюсь я ему. – Это страшно, когда любой может посмотреть в твою душу.
– Темик, это такая редкость – искренность в глазах. Почти исчезнувшее явление, – Вик мягко берет меня за подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза. – Ты боишься меня?
– Да, – мне нет смысла лгать ему. В глазах красноречиво плещется страх.
– Может быть, это правильно. Я не умею беречь. А ты такой хрупкий, словно изморозь на стекле. Коснись и разрушишь красоту момента. Хочешь уйти?
– Нет, – решаюсь я.– Помоги мне… – я не знаю, как еще выразить свое желание. Не знаю, как попросить Вика помочь выбраться из скорлупы страха.
