Чжин Шим улыбнулась, обнажив белые зубы. Затем лицо Гук Ён Джуна сморщилось как листок бумаги.
– П-предсе… Ох.
Голос, смешанный с гневом, доносившийся из телефона, который держал Гук Ён Джун, не остановился. Пытаясь любой ценой оправдаться, он продолжал пытаться хоть что-то сказать, но этого было недостаточно, чтобы успокоить негодование собеседника.
Постояв некоторое время, Чжин Шим присела на соседний диван и спокойно наблюдала за происходящим. Растерянное лицо стало тревожным, побледневшее лицо стало еще более бледным.
«Эх. Жалко смотреть в одиночку».
Наблюдать, как мужчина, высокомерный и своевольный, в один момент с грохотом падает, было все равно, что смотреть кульминационный момент в фильме. Чжин Шим беззвучно засмеялась, пожалев, что нет попкорна.
«А».
Наблюдая за Гук Ён Джуном, который не мог оторвать уха от телефона, из которого все еще доносился громкий голос, Чжин Шим обнаружила, что ее мобильный телефон зазвенел. Слегка опустив взгляд вниз, она увидела, что пришло сообщение от приятного человека.
Это был Джон Рок.
Слегка опустив поднятые уголки губ Чжин Шим застучала пальцами по экрану телефона.
Это были короткие сообщения, но их было достаточно, чтобы объяснить всю ситуацию.
Наблюдая за телефонным звонком, который продолжался более 10 минут, Чжин Шим горько улыбнулась.
«Даже такой день… настал».
Все, что она смогла сделать, это только лишь получить приказ на запрет на приближение. Но и у приказа прошел срок, и достиг предела, когда она не могла преградить его приближение. Она никогда не думала, что такой день придет, поэтому была безмерно преисполнена глубоких чувств.
– …Да. Хоро…шо. Я вас понял… председатель.
Бледное, как листок белой бумаги, лицо Гук Ён Джуна застыло.
Чжин Шим не потеряла улыбки глядя на совсем не понимающей причины секретаря Кана и злобно смотрящего на нее Гук Ён Джуна. Услышав, что телефонный разговор Гук Ён Джуна почти подошел к концу, Чжин Шим медленно поднялась с места.
– Я…учту.
Гук Ён Джун изогнул брови, глядя на Чжин Шим, но не мог ей помешать.
Чжин Шим направилась к выходу из кабинета вице-президента, стуча каблучками туфель. И в тот момент, когда Чжин Шим собралась схватить ручку входной двери, Гук Ён Джун после долгого телефонного разговора швырнул телефонную трубку, которую он держал в руке.
Секретарь Кан, стоявшая позади него, удивленно наблюдала за Гук Ён Джуном, но Чжин Шим не дрогнула.
– О Юн Со.
Наоборот Чжин Шим мило улыбнулась прорычавшему ей и позвавшему по имени Гук Ён Джуну, и вежливо кивнула головой.
– Ну что? Это был приятный разговор с Вашим председателем?
– Что?
– Это последнее предупреждение, Гук Ён Джун.
Чжин Шим зашевелила красными губами, сердито глядя на Гук Ён Джуна, который скрежетал зубами,
– Никогда больше не оказывай влияние на меня своими ничтожными деньгами. Никогда больше не оказывай влияние на меня своим статусом. Никогда больше не контролируй меня используя свою власть.
– ..!
– Если ты еще хоть раз прикоснешься ко мне… как в этот раз, отстранением от должности вице-президента дело не закончится.
Слушавший слова Чжин Шим Гук Ён Джун затрясся всем телом от злости.
Резкое изменение позиций.
Есть ли выражение, которое подходит лучше всего в этой ситуации?
– Хотелось бы, чтобы впредь даже случайно мы никогда не встречались. А-а. Хотя из-за нахлынувших судебных жалоб у Вас не будет времени трепать мне нервы. Так много актрис, которые пострадали от Вас, верно? Ничего не поделаешь. Вы оказались в такой ситуации, потому что не можете как следует сдерживать свою похоть. Потому считайте, что это расплата за все.
– О Юн…
– На этом все. Хорошего дня!
Хмыкнув и развернувшись, Чжин Шим помахала ему рукой.
Шаги решительно развернувшейся Чжин Шим, стали намного легче, чем, когда она вошла сюда.
Сердце сильно колотилось.
Образ Чжин Шим, покинувшей кабинет вице-президента и шагающей вперед, был переполнен силой.
– Черт возьми!
Это было примерно когда Чжин Шим остановилась перед лифтом, чтобы спуститься вниз. Она разразилась невольным смехом, услышав грохот, раздающийся из кабинета вице-президента. Возможно, это звук того, как жестокий Гук Ён Джун швыряет всевозможные вещи, отчего поднялся шум.
«Око за око, зуб за зуб. Что поеешь, то и пожнёшь».
Чжин Шим, пожав плечами, вошла в открывшийся перед ней со звоном лифт.
– Ха-а!
И когда она полностью покинула здание «Империя Электроникс», Чжин Шим подняла голову и посмотрела на ночное небо без единого облачка.
– Все закончилось!
Наконец-то.
Длинный-длинный темный туннель, в котором не было видно конца… наконец-то закончился.
– Все закончилось!
Слезы, которые она сдерживала всеми силами, пообещав себе, что ни за что не расплачется в этом месте, хлынули из глаз.
