– Народ, внимание! Далеко не разбредаться. Всем слушать аэропортовский брехунок, потому что ждать никого не будем. Кто не успеет, поедет поездком – за свои кровные… Все слышали? – спросил, – Чтоб потом не говорили… – он замолчал, не найдя, видимо, слов, а, может, смысла продолжать.
– А сколько мы здесь будем, – спросил кто-то, озвучив появившийся у Жени вопрос.
Семеныч усмехнулся:
– Для тех, кто летит впервые, сообщаю, что сие неведомо никому. Мы не штатные рейсы, а потому, когда воткнут куда-нибудь, тогда и полетим. Может случиться и как в Саранске. Но судя по моему опыту, час – не меньше. Поэтому никому не расслабляться – особенно в буфетах. Всем превратиться в уши – слушать сообщения диктора… Есть еще вопросы?
Вопросов больше не было.
Дефектоскопист Рома, пока преодолевали накопительную зону – по его словам «отстойник», шел рядом. Но сразу же исчез в толпе, как только вышли в вестибюль.
Женя пошатался по первому этажу. Поднялся по лестнице на второй. Минут десять проторчал у киоска с уральскими сувенирами, разглядывая местные шедевры из полудрагоценных камней. Здесь много лежало и висело бус разных цветов и размеров. Стояли яйца в подставках и пепельницы. А в промежутках между всем этим богатством красовались броши. Чего только не выпиливалось из камня местными мастерами. Но больше всего глаза натыкались на шкатулки и шкатулочки из малахита. С ящерицами в золотистых коронах и без. Они символизировали хозяйку медной горы и, похоже, были главным украшением полок. Понравились и несколько фигурок из яшмы. «Вот бы Маше что-нибудь из этого подарить», – подумал. Но то, что нравилось, стоило дорого, а что – так себе, так на это и денег было жаль. Тем более что их у него – не слишком-то. Если не сказать – кот наплакал.
