Прошелся по коридорам, визуально оценивая уровень материального достатка работников, и остался им полностью удовлетворен. В чем чем, а в неподкупности служащих портовой администрации подозревать было нельзя, — напротив здания выстроилась шеренга личных «ауди», «тойот камри», «лянчий» и «рэндж роверов». Попалась даже парочка «лексусов» и один «брабус». Видимо, начальников отделов. С внешним видом у чиновников тоже было все в порядке — холеные пальчики дам были унизаны десятками перстней, навевая воспоминания о советских общепитовских матронах, уши оттягивали массивные серьги с натуральными камнями, а мужчинки распирали огромными животами костюмы от Бриони и Карла Лагерфельда. В старые времена такое количество ярких индивидуумов встречалось разве что в ресторане «Астория».
Казалось, запусти по внутренней трансляции популярные в совдеповских кабаках «Лаванду» или «Яблоки на снегу», и тут же все бросят свои дела и начнут кружиться по коридорам, прижимаясь друг к дружке массивными бедрами и вытирая пухлые лоснящиеся губы мятыми платочками с криво вышитыми монограммами.
В дополнение к внешнему виду коридоры были напоены запахом бифштексов и солянки, доносящимся из столовой на первом этаже.
«Жить — хорошо, а хорошо жить — еще лучше...» — подумал Влад и перехватил за рукав проносящегося мимо вьюношу с огромной стопкой разноцветных папок.
— Милейший, у меня к вам один вопрос...
Вьюноша перехватил папки поудобнее и уставился на Рокотова.
— Как мне найти инспектора, отвечающего за регистрацию входящих грузов?
— Третий этаж, — ответил вьюноша.
— А кабинет?
— Да любой! У нас давно все компьютеризировано. Одна сеть, так что вам поможет любой инспектор.
— Благодарю, — вежливость никогда не помешает. Даже если разговариваешь с мелким клерком.
Вьюноша побежал дальше. На третьем этаже царило запустение. Рокотов заглянул в пару кабинетов и убедился в том, что все ушли на обед. Он прошел вдоль по коридору и сквозь щель в полуоткрытой двери заметил таки дородную даму, пьющую в одиночестве чай из стакана в витом серебряном подстаканнике. Скорее всего, дама сидела на диете. Перед ней на столе стояла тарелочка с маленькими сухариками, кои она с видимым отвращением поедала, вперившись в окно маленькими выпученными глазками.
«Матвиенко Вэ И, — прочел Влад табличку на двери, — вероятно, Виктория Ивановна... Или Валентина. Хотя с той же степенью вероятности может быть и Вероника. И не Ивановна, а Израилевна или Игнатьевна... Ладно, не суть важно...»
На посетителя, скользнувшего к ней в кабинет без обязательного в таких случаях стука, мадам Матвиенко обратила внимание лишь через полминуты, занятая какими то своими невеселыми мыслями. Может, о пьянице муже, а может — о бессмысленности диет.
— У нас обед...
— Я в курсе, — весело отреагировал Рокотов и уселся на стул перед инспектрисой, — и именно поэтому избрал данное время для визита.
«У тети вечерний макияж. Хотя на дворе день... Косметикой пользоваться не умеет, несмотря на то, что покупает самую дорогущую, — Влад краем глаза заметил профессиональный набор „Ланком» в специальном замшевом футляре, — значит, берет... Правда, тут все берут".
Инспектриса подняла неумело выщипанные брови. Слова подтянутого незнакомца ее заинтриговали. Две недели назад, отчаявшись найти себе пару обычным дедовским способом через знакомство со знакомыми друзей, она обратилась в брачное агентство и теперь с томлением ждала поклонников своих бюста шестого номера и полутораметровой в обхвате «талии».
Но на посланца Амура молодой человек не походил. Слишком уж большой была разница в возрасте. Матвиенко оговаривала в агентстве претендентов не моложе сорока пяти, а сидящий перед ней парень не тянул даже на тридцать.
Хотя...
Инспектриса подумала, что требования можно и подкорректировать.
— Слушаю вас.
— Я хотел бы обсудить с вами крайне конфиденциальное дело, — Рокотов тут же взял быка за рога. — Естественно, не бесплатно.
— Что за дело?
— Информация.
— Как вы понимаете, информация информации рознь...
— Ну, государственные тайны меня не интересуют, — обаятельно улыбнулся Влад, — равно как и информация для служебного пользования. Мои интересы лежат исключительно в плоскости коммерции. Вернее, интересы моих клиентов.
— Вы представляете бизнесменов, заинтересованных в сотрудничестве с портом?
Заданный Матвиенко вопрос прозвучал настороженно. Все дела морских ворот Питера давно контролировала могущественная преступная группировка, пользовавшаяся негласным покровительством ГУВД, и несанкционированные контакты служащих с «левыми» коммерсантами не приветствовались — вплоть до пули в собственном кабинете, как произошло в пароходстве, когда его руководство попыталось делать гешефт самостоятельно.
— В виртуальном сотрудничестве, — несколько туманно высказался посетитель.
— Это как?
