Активизируется Индюшанский со своим телеканалом и газетенками, у которого подкатывает срок возврата взятых у государства кредитов. Этот своего не упустит, вдоволь потопчет стареющего монарха, а вместе с ним — и всю страну.
И еще десятки факторен...
Из которых половина — or слова «fuck».
Президент кашлянул.
— Вернусь из Санкт Петербурга — подумаем... А пока соберите материал об окружении Масхадова. После выяснения вопроса с боеголовками, разумеется...
Владислав юркнул в метровой ширины проход — между ящиками и остановился.
«Черт, ну как мне все таки везет! То подземелье, то склад... И в обязательном порядке — махаловка с превосходящими силами противника. Хорошо, Димон рядом. Барыга не в счет, он от ужаса еле дышит... — Внутрь ангара ворвалась кучка гомонящих горцев. — Человек двенадцать... Немного. За заложником приехали?..»
Кавказцы остановились.
Вперед вышли двое и заглянули в пустой контейнер.
Маленький пузатый носач что то рявкнул по своему и грохнул кулаком по зазвеневшей жести.
Остальные опять загомонили, перебивая друг друга.
«Фонарь только у одного... Интересно, а почему они свет не включают? — Биолог бросил взгляд вверх. — А потому, что нету... Это плюс. Если и есть лампы, так только переноски со шнуром. Хотя нынче светло и искусственное освещение не требуется. Белые ночи на носу, однако...»
Несколько кавказцев выскочили наружу, остальные продолжали толпиться возле пустого контейнера и оживленно обсуждать случившееся.
Пузан покопался внутри металлического ящика и бросил на пол разрезанную скальпелем изоляционную ленту.
«Сейчас поймут, что заложник сбежал не сам...»
Горцы молча уставились на обрывки скоча.
Носатый предводитель взорвался трескучей длинной репликой и замахал руками, как маленькая ветряная мельница.
«Врубился... И немудрено. А что это за тип стоит слева? Ага, знакомые всё лица! — Влад переместился к накрытой брезентом куче коробок. — Этого я в кабаке видел...Сидел за вторым столиком у окна в компании двух молодцев...»
Сзади послышался шорох.
Рокотов обернулся и выставленным стволом автомата чуть не разбил нос Чернову, тихо подобравшемуся с тыла. Воронкообразный пламягаситель чиркнул по щеке, и журналист от неожиданности отпрянул на полметра.
— Ты с ума сошел! — зашипел биолог. — Разве можно так подкрадываться?
— Пошли туда, — журналист потер щеку.
— Зачем?
— Увидишь...
Владислав последовал за Димоном.
— Ну?
Бывший браток неслышно снял крышку с плоского ящика, погрозил кулаком трясущемуся от страха бизнесмену и вытащил пистолет пулемет с толстым стволом и странной формы скобой у места установки магазина.
— Что это?
— "Агран две тысячи", — объяснил Чернов, — девять миллиметров. Тут их до задницы.
— Обращаться умеешь?
— Было дело. — Журналист достал из ящика второй ствол и пару полных рожков.
— Где затвор и предохранитель?
— Вот, — Димон пошевелил пальцем металлический кругляшок сверху затворной рамы и повернул «агран» боком, — предохранитель стандартный, как на пистолете. Сдвигается вперед и вверх...
— Понял. — Рокотов отложил «Калашников» и вооружился малогабаритным пистолетом пулеметом.
Влад принял из рук Чернова еще три магазина.
— Что дальше?
— Не знаю, — биолог выглянул поверх ящиков, — этих придурков не так много. Пока стоят, базарят... Одного я видел в ресторане в день смерти Азада. Сейчас он одет в серую куртку. Попробую взять. А ты постарайся, когда начнется заваруха, его не зацепить.
— Попробую, конечно, но гарантии не даю. У меня нет времени их сортировать.
— И все таки... Я зайду слева, ты справа. Возьмем в клещи. Единственно плохо, что двое или трое вышли на улицу.
— Они по территории побежали. — Димон снова показал бывшему заложнику пудовый кулак. — Этого ищут...
— Наше преимущество — в неожиданности.
— Угу... Ну, погнали?
— Давай. Ни пуха!
— К черту! И тебе того же.
— Аналогично...
Журналист подхватил рожки и пополз в правый угол ангара.
Влад скользнул за штабелями ящиков влево.
Ситуация у ворот практически не изменилась. Кавказцы продолжали живо обсуждать происшедшее. Многие нервно курили, сплевывая себе под ноги и затравленно озираясь.
Рокотов пристроил ствол «аграна» в проеме и приготовился.
Наконец пузатому надоело распекать подчиненных, он устало присел на кипу вагонки, махнув рукой.
Двое детей гор вытащили пистолеты и пошли по центральному проходу, о чем то переговариваясь между собой.
Владислав прищурился.
«Тэтэшники... Это не есть гут. Убойная сила достаточная, чтобы прошибить ящики...»
Вдруг из за ящиков метнулась тень.
Кавказцы резко повернулись.
Человечек в рваном костюме пересек открытое пространство и, как заяц, помчался к дальней стенке.
Это не выдержали нервы у бизнесмена. Оставшись в одиночестве и увидев, что двое из похитителей идут в его сторону, бывший заложник запаниковал и перестал что либо соображать. Инстинкт самосохранения погнал его прочь.
Горцы радостно взвыли.
Коммерсант перемахнул через штабель досок и, не снижая скорости, всей массой врезался в железный лист.
Видимо, ангар строили давно и швы от времени успели разойтись, — удара обезумевшего человеческого тела стена не выдержала.
