– А как было с твоим братом?
Офелия едва заметно вздрогнула и опустила глаза в кружку, обхватив ее обеими руками. Едва вопрос прозвучал, Фредерик тут же пожалел о нем. Он и сам не мог сказать, что дернуло его за язык. Тем более, в отличие от Винсента, он не слишком-то много думал об этом деле. Но может, просто и тут не хотел задумываться?
– Тоби чем-то похож на твоего брата, – сказала Офелия. – Но он никогда не был благороден. Его пороки оставались всего лишь пороками, а иногда больно ранили окружающих людей. Он нравился Анабель, действительно нравился. Но она не относилась к нему серьезно. Потому что он не относился серьезно ни к кому.
– Ани любит таких мужчин.
– Да. Но она говорила, что прошлый опыт ее кое-чему научил. Мне кажется… мне кажется, ей хотелось это проверить.
– И успешно?
– Вполне. Но об этом лучше говорить с ней.
– Еще бы Ани была также словоохотлива как ты.
– Может, просто не те вопросы?
Офелия подняла глаза от кружки и твердо посмотрела на Фредерика. Ее волосы казались пушистым ореолом, а темная одежда только оттеняла белизну кожи. Фредерик заметил, что она любит монохром, как будто для нее существовало только два цвета, черный и белый. А голос Офелии был негромким, но в тишине кухни казался громче обычного:
– Я не хочу говорить о моем брате. Он ведь даже не родной нам. Фэй старшая, поэтому чувствует ответственность за нас. Но на самом деле, Тобиас давно не отчитывался даже перед родителями. Он действительно из тех людей, что может просто бросить все и сбежать.
Фредерик не стал спорить, но он придерживался иного мнения. Каким бы взбалмошным ни был человек, он никогда не бросает все ни с того, ни с сего. У него всегда есть причина, реальная или надуманная.
– Я хотел расспросить тебя о Фэй.
Офелия негромко рассмеялась, искренне и весело.
– Представляешь, почти то же самое я спросила у Ани не так давно. Только в отношении Винсента.
– Гм.
– Боюсь, у нас одинаковые причины, и могу тебя заверить, Фэй действительно хороша. Правда, на мой взгляд, у нее слишком развито чувство ответственности.
– Возможно, это как раз то, чего не хватает Винсенту.
– Вряд ли он часто забывает об обещаниях, не является на встречи и не поздравляет вас с Ани с днем рожденья.
Сначала Фредерик не понял, откуда такой странный набор, а потом его осенило: именно так поступал Тобиас. Что ж, еще пара штрихов к портрету непутевого брата. Но Фредерику категорически не нравился тот портрет, который получался. Интересно, а какие были положительные стороны у этого парня? Не могло же их не быть!
– Ты пойдешь на вечеринку к Элеоноре?
Офелия допила чай и кивнула:
– Анабель рассказывала об этом мероприятии. И позвала меня с собой.
– Отлично. Пожалуй, это самая стоящая вечеринка в году.
– Ты будешь с Морган?
– Да, разумеется.
– Она хранит от тебя много секретов.
– В смысле? – нахмурился Фредерик.
– Я умею наблюдать. И быть наблюдательной. Поэтому вижу многое, на что обычно люди закрывают глаза. Но секреты Морган слишком очевидны, так что скоро ты о них узнаешь.
– Но ты мне не расскажешь.
– С чего вдруг? Я наблюдательница, а не сплетница. Но однажды она будет нужна тебе, а ее не окажется рядом, – внезапно Офелия приподнялась и протянула руки, накрыв ими ладони Фредерика. – А я буду рядом.
Он замешкался на мгновение – всего немного, но и этого было ровно на мгновение больше, чем стоило. Потом Фредерик мягко высвободил руки из прохладных и тонких пальцев Офелии.
– Спасибо, Офелия, но я не думаю, что стоит.
Она спокойно вернулась на свое место и убрала руки:
– Не думай, что я слишком мала. Мне ровно столько, сколько было тебе, когда ты вернулся из колледжа и начал управлять делами компании.
Чтобы отвлечься от мыслей о сидящей перед ним девушке, Фредерик на полном серьезе начал считать. Хотя он и без того знал, что перед ним ровесница Анабель, а значит, ей двадцать один. И она абсолютно права, вернувшись из колледжа, братья хоронили родителей и брались за дела.
Поднявшись со стула, Офелия вышла их кухни, и только в дверях сказала:
– Называй меня Эффи. Все близкие зовут меня Эффи.
Как и всегда, Элеонора Роузвуд проводила вечеринку в одном из клубов города. Весь вечер к нему съезжались многочисленные машины, привозили новых и новых гостей – только чтобы они присоединились к остальным, затерялись среди шума, музыки нескольких сцен, алкоголя и конфетти.
Сидя в машине с Винсентом, Фэй все острее ощущала себе не в своей тарелке. Она нервно косилась в окно, а когда они оставили машину и подошли к клубу, смогла произнести только:
– О боже.
Винсент покосился на нее:
– Все в порядке?
– Конечно, нет. Когда ты звал меня на вечеринку, я не думала, что здесь будет настолько пафосно.
– Ну, это не уровень Дэнни, конечно.
Улыбнувшись, Винсент предложил ей руку, и Фэй, признавая свою трусость, в нее вцепилась. Их отметили в списке гостей, и Винсент не преминул поинтересоваться, здесь ли его брат.
– Да, мистер Фредерик Уэйнфилд и его спутница внутри.
– А моя сестра?…
– Тоже.
