Нащупав пальцем курок, он стиснул свободной рукой плечо Морган и прижал ее к земле:
– Не высовывайся!
А затем снова выглянул из-за скамьи.
На черном металле ствола, торчавшего из приоткрытой двери сарая, сверкнул солнечный блик.
– Миссис Райт! – крикнул Ланс. – Мы хотим только поговорить.
Дверь сарая приоткрылась еще на несколько дюймов, и Ланс заметил блеск седых волос.
Морган подняла коробку с яйцами, которая выпала у нее из рук, когда Ланс ее схватил. Золотистые желтки уже начали растекаться.
– Мистер Джексон попросил нас передать вам яйца!
Дверь сарая распахнулась, и за порог вышла маленькая, седовласая женщина в широких штанах цвета хаки и резиновых сапогах. Дополняли наряд кожаные перчатки, широкополая шляпа и аккуратный пучок на затылке. Если бы не двустволка в ее руках, то можно было подумать, что миссис Райт намеревалась пойти на собрание клуба садоводов.
– Почему вы это сразу не сказали? – Сунув ружье под руку, она направилась к гостям.
– Пожалуйста, миссис Райт, опустите оружие на землю, – встал на ноги Ланс.
– Это моя собственность. Так что сначала вы уберите свой пистолет, молодой человек, – усмехнулась миниатюрная женщина. – Я не собираюсь в вас стрелять. Можете расслабиться.
Ланс поколебался. Миссис Райт не представляла угрозы. Но его сердце стучало, как басовый барабан на концерте Iron Maiden. А тело ежесекундно напоминало, каково это – быть подстреленным. И не желало повторения.
Все еще держа коробку с яйцами, Морган повернула руки ладонями вперед – в традиционном жесте капитуляции. Шарик яичного желтка стек на землю.
– Зовите меня просто Абигейл, – сказала миссис Райт.
При ее приближении Ланс напрягся.
Миссис Райт метнула в него молнию:
– Перестаньте размахивать пистолетом!
И несмотря на то, что его инстинкты требовали обратного, Ланс убрал пистолет в кобуру.
Абигейл в знак одобрения кивнула:
– А теперь скажите мне, кто вы и чего вам надо?
Морган медленно вытащила свою визитку из бокового кармашка сумки и представила себя и Ланса:
– Мистер Джексон сказал, вы могли бы рассказать нам о Кристал Фокс.
Дуло двустволки уткнулось в землю; Абигейл прочитала визитку.
– Я слыхала, Кристал повесилась.
В сельской местности слухи разносятся, как огонь по соломе.
– Нам пока доподлинно не известно, что там случилось, – сказала Морган. – Вы хорошо ее знали?
Абигейл повернулась и пошла к заднему крыльцу дома:
– Давайте зайдем внутрь.
Ланс и Морган последовали за ней в коттедж. Его задняя дверь открывалась в прихожую. Абигейл поставила свое ружье в угол и повесила куртку на вешалку у двери. Затем сняла с рук перчатки и провела гостей в гостиную, которую – Ланс в этом даже не усомнился – называла «салоном». Комната утопала в цветах. Они стояли в вазах, красовались на обоях и составляли орнамент ковров на полу. И даже мебель украшал резной растительный декор. Гостиная была заставлена безделушками и нелепой и неудобной на вид мебелью. Прислонившись к стене, Ланс уставился на вычурный диван, вздыбивший горб так, словно на него кто-то нападал. Парень напрягся, неумеренное убранство «салона» грозило вызвать у него клаустрофобию.
– У вас замечательный дом, – присела Морган на краешек стула, обтянутого голубым бархатом.
– Я обожаю цветы, – сказала Абигейл, усевшись на диван. Огромный оранжевый букет на кофейном столике почти спрятал ее тело от глаз. – Извините за ружье. У меня развилась паранойя с прошлого месяца. После того, как ко мне вломился этот паршивец, внучок Элайджи. Я застала его вылезавшим из окна с моими серебряными подсвечниками в руке. И, конечно, обратила его в бегство. Он был в дюжине футов от порции дроби в свой зад.
– Какой ужас. – Морган расстегнула пальто, положила сумку у ног и вытащила из нее свой блокнот.
– Это не ужас, а стыд и срам. Рики был таким милым, очаровательным ребенком. И во что он теперь превратился? Тем, в кого своими когтищами вцепился героин, доверять категорически нельзя. – Абигейл покачала головой и с отвращением цокнула языком. Но тут же вернулась к делу: – Так что вы хотели у меня узнать о Кристал Фокс?
– Как долго она у вас проработала? – с трудом подавил чих Ланс. Враждующие ароматы разных цветов забили все его горло.
– Она периодически убирала комнаты в моем мотеле на протяжении двадцати лет, – скрестила руки на коленях Абигейл. – Время от времени она находила работу получше, да только нигде не задерживалась. И возвращалась ко мне. Уборка – грязная работа. У меня нет иллюзий по поводу моих работников или клиентов.
– А Кристал была хорошей работницей? – Морган сняла листочек со своих волос и осторожно положила его в боковой карман сумки.
– Отнюдь, – рассмеялась Абигейл. – Но она приходила на работу чаще, чем ее прогуливала. Обычно я платила ей по окончании каждой смены. Дай я ей сразу недельную плату, она бы следующие три дня провела в баре.
Лансу стало жарко, и он расстегнул куртку.
– А вы помните ее дочь, Мэри?
