Он дважды проверил адрес – Каунти-Лайн-роуд 212, место проживания следующей жертвы в его списке.
Он остановился ниже по дороге и оглядел дом. Свет горел только в одной комнате в его передней части, остальные окна были темными. Чем могут заниматься двое пожилых людей в будний вечер? Конечно же, сидеть в гостиной и смотреть телевизор.
Выждав десять минут и не заметив никакого движения, он проехал чуть дальше и припарковался за шеренгой деревьев. Затем вылез из салона и натянул на голову лыжную маску, а на руки – перчатки. Его черные тренировочные штаны и толстовка слились с темнотой. Забросив себе на плечо черную наволочку, он прошел по заднему двору мимо огорода, обработанного к зиме.
Плотный облачный покров сохранял двор в темноте. Он не мог себе позволить быть замеченным до самого последнего момента. Для тех двоих внутри его появление должно было стать неожиданностью. Поднявшись на мыски, он прикрыл козырьком руки глаза и заглянул сквозь темное стекло в пустую кухню. Из дверного проема, что вел в гостиную, просачивался слабый свет.
Он еще подождал, прислушиваясь.
По дому разносился звук работавшего телевизора. Пи Джей и его жена, должно быть, стали совершенно глухими. Он обошел дом с тыльной и боковой стороны, пристально оглядывая каждое окно и прикидывая в голове внутреннюю планировку. Помимо основной гостиной в передней части дома он заметил еще кухню и три спальни. Вторая спальня была переделана в кабинет. Третью украшали детские игрушки и мебель. Внуки?
В верхней половине задней двери было девять оконных стекол. И сквозь них он сумел разглядеть всю гостиную. К спинке дивана прислонялись две седовласые головы. Старик явно не был способен оказать серьезного сопротивления. А его жена вообще не представляла никакой угрозы.
Он покосился на фонарь в своей руке. Проще простого – огреть их обоих по голове. Но именно импульсивное поведение ввергло его во все это дерьмо. Нельзя допустить, чтобы кто-то из них успел дозвониться в полицию. С двумя намеченными жертвами он должен действовать очень быстро. Тем более, что рядом не было никого, кто мог бы услышать выстрелы.
Рукою в перчатке он взялся за дверную ручку. Она повернулась. Ясное дело – Пи Джей и его жена даже не думали, что надо запирать дверь, живя в центре округа. В принципе, они были правы. Но не сегодня вечером.
Распахнув дверь, он переступил порог и крадучись прошел по короткому коридору мимо прачечной комнаты и половины ванной. У следующей двери он обвел взглядом лепные плинтусы. Ни одна седая голова не шевельнулась, а шум телевизора заглушал все его шаги. Он подошел чуть поближе, вытащил из кармана пистолет и сделал еще несколько неслышных шагов по ковру. Женщина склонилась над кроссвордом. Мужчина направил на экран пульт и начал переключать каналы, пока не нашел новостную станцию.
Рука старика сильно тряслась. Мог ли он вообще стоять прямо? Его бледно-голубая рубашка и джинсы висели мешками на обтянутом кожей скелете. А щеки так жутко впали, словно он уже наполовину был трупом. Пожилая женщина выглядела такой же тщедушной и немощной. Она едва ли весила сто фунтов. Внезапно она замерла и повернула голову. Он не произвел никакого шума. Должно быть, она интуитивно почувствовала его. Старуха вскочила на ноги, открыла рот и закричала.
Пи Джей, покачнувшись, встал на ноги и устремил на него свой артритный, трясущийся палец:
– Ни с места!
Старик прищурился на него:
– А я ведь вас знаю.
Большинство людей колебались перед тем, как убить другого человека. Но только не он. Он не колебался ни доли секунды.
Он наставил пистолет на старика и нажал на курок. На бледно-голубой рубашке расцвело красное пятно. Старик рухнул на колени.
– Нет! – взвизгнула его жена и бросилась к старику. Залившись плачем, она положила руки на его пулевую рану. Неверие стерло с ее лица все остальные эмоции. Она вскинула на него глаза – моргая, рыдая, не сознавая, что произошло.
Ему не было смысла убивать эту женщину, но и оставить ее в живых он не мог.
И, прежде чем она справилась со своим первоначальным шоком, он снова надавил на курок и выстрелил ей в лицо. Кровь и мозги разлетелись по ковру. И она завалилась набок рядом со своим уже мертвым супругом.
Он подошел к ним поближе, проверил сначала пульс старика, потом его жены. Оба были бездыханны и мертвы. И он вычеркнул еще два имени в своем мысленном списке.
Теперь осталось только обставить должным образом место происшествия.
Бриллиант в обручальном кольце женщины был вполне подходящей величины. Он стянул кольцо с пальца и бросил его в наволочку. Затем переступил через тела и прошел в спальню. На комоде он нашел шкатулку с драгоценностями, взял ее и тоже бросил в свой мешок. Передвигаясь уже быстрее, он подскочил к прикроватной тумбочке и опустошил кожаный бумажник старика, оставив его открытым.
