Титанозавры не заставили себя ждать. Живые машины для поглощения пищи, они медленно шли в долину, ведомые «своим» тираннозавром к самым тучным пастбищам. Титанозавры выедали широкие полосы высокой растительности, сгрызали молодые деревца, давая растениям нижних ярусов возможность разрастись. Самки откладывали сотни яиц, чтобы тут же забыть о них и двинуться дальше в непрерывных поисках пищи.
Наконец титанозавры ушли, давая тираннозаврам возможность позвать на освободившееся место стада гадрозавров и трицератопсов.
Теперь Лейстер четко представлял себе структуру работы, оставалось только вместить ее в как можно меньшее количество слов.
– Биокибернетика... – протянула Далджит. – А разве есть такое слово?
– Теперь есть.
– А что оно означает?
– В принципе, – вмешался Джамал, – слово «кибернетика» можно отнести не только к машинам, но и к живым существам. Зачем изобретать неологизм?
Лейстер покраснел. Уже давно он не ошибался в терминологии.
– Исправлю.
– Что мне интересно, – включилась Тамара, – так это почему ты не упомянул эпизод, описанный Кати и Нильсом. Тот, с троодонами.
Кати и Нильс однажды доложили, что видели небольшую группу троодонов, отгоняющую гадрозавров подальше от кладки яиц титанозавра. Ребята рассказали, как свирепые малыши прогоняли противников в десять раз больше их самих, и сделали вывод, что троодоны таким образом защищали яйца.
– Вывод сомнителен, – заявил Лейстер.
– Не для Кати и Нильса.
– Кроме того, это случилось лишь однажды.
– Зато у них на глазах.
– При описании поведения животных, – рассудительно сказал Джамал, – часто употребляются слова «Возможно, что...». И нет проблем!
– Я ненавижу использовать в научных статьях предположения.
Наступила резкая тишина.
– Это значит, – спросила Тамара, – что ты не собираешься включать в работу теорию Чака?
– Такого я не говорил. Еще не знаю.
Пока Лейстер обдумывал статью, а Далджит правила, Тамара закинула леску с крючком и поймала полосатую рыбу. Джамал почистил и выпотрошил ее, на обед они ели суши.
За едой обсудили ту часть статьи, над которой сейчас работал Лейстер. Она касалась некоторых сложных моментов.
Стада гадрозавров и трицератопсов постоянно перемещались взад-вперед по долине в поисках корма. Лай-Цзу, разбиравшаяся в ускоренных магнитофонных записях лучше других, установила – когда какое-то из пастбищ истощается, Хозяин или Хозяйка ищут более зеленое место и зовут туда травоядных. Первоначально Лейстер скептически отнесся к ее заявлению, но Лай-Цзу раз за разом демонстрировала способность с помощью записи предсказывать, когда стада покинут использованную территорию и где они появятся. Пришлось признать ее правоту.
Лейстер собирался описать открытие Лай-Цзу как образец «пастушьего» поведения.
– В чем разница между приручением и пастушьим поведением? – спросила Далджит.
– Приручение – процесс, позволяющий хищникам подчинить жертву своей воле.
– И как же они их «приручают»?
– Несколько раз мы наблюдали, как Хозяин Долины с песней приближался к стаду. Животные начинали жаться друг к другу, детеныши оказывались в центре. Хищник обходил их несколько раз, постепенно сужая круги. Они поворачивались к нему головами, смыкаясь все теснее и теснее, давя друг друга. Ближе, теснее, еще теснее, пока одно из животных не вылетало наружу, выдавленное остальными. И всегда это оказывался либо самый старый, либо самый слабый, либо самый больной. Его величество бросался следом, и – оп! Завтрак готов! Ровно тридцать минут от начала до конца. Такая вот охота для ленивых, – улыбнулся Лейстер.
– Хорошо, а пастушье?
– Пастушье поведение – ряд действий, с помощью которых хищники заботятся о стадах. Перегоняют их с места на место, не подпускают других охотников и так далее.
– Ясно. Тебе придется постараться, чтобы все это было четко отражено в работе.
– Поучи свою бабушку суп варить.
На ночь они пристали к песчаному островку, покрытому густой порослью молодых деревьев, часть которых Тамара тут же срубила, чтобы развести огонь. Она уже заваривала чай из собранных на острове трав, когда зазвонил телефон.
– Меня нет! – поспешно предупредил Лейстер. – Я на совещании. Если спросят, когда буду в офисе, скажите, что сегодня не вернусь.
Трубку взяла Далджит. Несколько секунд она молча слушала и вдруг заорала, прикрыв микрофон рукой:
– У нас мальчик!
Остров огласился восторженными воплями. Лейстер выхватил у нее телефон.
– На кого похож? – торопливо поинтересовался он со странным чувством опасения и надежды.
– Какая разница? – ответила Кати. – Мы все влюбились в него с первого взгляда. Отличный парень, увидишь.
– Разницы никакой, просто любопытно. Ты бы сама спросила, если бы торчала здесь.
– Что ж... Судя по цвету кожи, отец либо Чак, либо Джамал.
– Отец либо Джамал, либо Чак, – шепнул Лейстер, прикрыв трубку рукой.
– Я – отец? – переспросил Джамал.
– Возможно, отец, – поправил Лейстер.
– Ты пол-отца! – поддразнила Далджит.
– Я – папаша! – обалдело повторил Джамал. – Я!
Он неуклюже заплясал вокруг Далджит, которая тут же рявкнула:
– Куда ты со своей ногой!
Тамара обняла Джамала и крепко поцеловала.
