— Тогда что с ним не так? Лик, ты можешь нам доверять.
— Ладно. — Мальчик глубоко вздохнул. — Я расскажу вам. — Он повернулся к улице спиной и вытащил из волос одну из шпилек. Его стеклянное сердце тотчас поменяло цвет — теперь оно переливалось серебром.
— Лик! — ахнула я. — Так ты… ты…
— Я умею рисовать руны, — горько закончил он. — А тебе известно, что это значит. Остальные не знают, потому что на помощника лавки почти никто не смотрит, но в следующем году наступит мой день руны Сердца. Вот тогда-то все и откроется. И мне придется стать Искателем смерти.
— Но ты не можешь, — с тревогой в голосе произнес Фокс. — У них очень тяжелая жизнь. Тебе еще повезло, что до сих пор никто не прознал, иначе бы ты уже был в тренировочном лагере.
— У меня нет выбора.
— А госпожа Чеш в курсе?
— Да, это она придумала. Но она не может ничего изменить. Таковы правила.
— Почему бы не стать ашей?
— Я хочу этого больше всего. — По его щекам покатились слезы. — Но ты же знаешь, что я не могу ею стать. Я не такой. Во всем не такой.
Мне стало так его жаль. Лик, безусловно, был красивее многих аш, которых я встречала. Быстрый и грациозный. А еще я понимала, что он не сможет пройти подготовку Искателей смерти. Он мог бы стать выдающимся танцором, если бы только…
— Почему бы и нет?
На этот раз Лик уставился на меня.
— Почему бы и нет что?
— Почему бы не стать ашей на какое-то время?
— Ты издеваешься? Каким образом я могу?..
— Скоро состоится
— Но там же выступают только дети, — возразил мальчик. — Для родителей это отличная возможность показать своих дочерей, и сообщество их всячески поощряет. Потому что так им проще найти одаренных танцовщиц, к числу которых я не отношусь.
— Ты забыл, что тебе почти тринадцать лет? Ты сам еще ребенок. И я вижу, что ты врешь. Ты же умеешь танцевать, да? — Я устремила взгляд на его стеклянное сердце, поверхность которого теперь покрылась голубой рябью. — Ты брал уроки танцев? — Кулон приобрел красивый оттенок синего кобальта. У меня округлились глаза. — Лик! Ты брал уроки?
— В некоторых школах не требуется быть ашей, — оправдывался он.
— Но при этом наверняка требуется быть девочкой, — заметил Фокс.
— Не может быть! — выдохнула я, когда его стеклянное сердце засветилось глубоким индиго.
Лик застенчиво улыбнулся.
— Мне пришлось прибегнуть к некоторым заклинаниям, чтобы изменить свою внешность. Так делает большинство учениц, поэтому на меня никто даже не обратил внимания.
— Так, мне знаком этот взгляд, — проговорил Фокс, глядя на мое лицо. — Может, сейчас, Лик, проблем у тебя нет, но Тия с радостью обеспечит их.
— Ничего незаконного, — возразила я. — Тем более я помогаю другу. Какие могут быть неприятности?
Фокс заметил его раньше меня и вскочил на ноги. Я только мельком уловила фигуру в длинных одеждах, прежде чем та скрылась за углом.
— Стой!
Брат тут же помчался за ним. Мы с Ликом, оставив
— Ты видела его? — набросился брат на проходящую мимо служанку.
— Я ничего не видела, — ответила девушка, совершенно сбитая с толку.
— Но ты должна была! Он же прошел мимо!
— Простите, милорд, я ничего не видела.
— Что происходит? — недоумевал Лик.
— Ты видел его?
— Я никого не видел.
— Значит, ты тоже его видел? — спросила я у Фокса.
— Конечно, видел. Я чувствовал, как он следит за нами. Тия, он смотрел на тебя.
У меня по спине пробежал холодок.
— Откуда ты знаешь? Он же был во всем черном, а на лице — вуаль.
— Я не уверен. Просто это знаю.
— Я не видел никого подходящего под это описание, — сказал Лик. — В этом городе полно людей ходит в дрихтианских одеждах. С чего ты взял, что с этим человеком что-то не так?
— Потому что у нас с ним есть кое-что общее, — мрачно признался Фокс. — У него не было тени.
—
