– Отличное начало. Тогда отвечу на вопрос о заказчике. Я успел с ним обсудить. Он согласен раскрыть свое инкогнито, но только для следствия и тебя. Массовая огласка, распространение, всякие там соцсети – это ему категорически ни к чему. Со мной подписал договор о поиске Алексея, причин и виновных в трагедии лиц продюсер его последней картины Никитин Вадим Анатольевич. Это очень серьезный, опытный и достаточно влиятельный человек. Он сделал рискованную и большую ставку на талант Серова – и не прогадал. Но во время совместной работы Никитин научился принимать во внимание психологические и поведенческие особенности Алексея и делать все, чтобы, как говорится, подстелить соломку в скользких местах. И соломка иногда срабатывала. К примеру, незадолго до происшествия Никитин получил информацию из банка, куда поступила сумма премии Серову, о том, что он подал запрос о выдаче едва ли не всего вклада. Просил наличными. По просьбе Никитина банк сообщил Серову, что такую сумму заказывают заранее, – и это, в общем, правда. То есть сразу не дали и какое-то время тянули, пока Никитин пытался сам что-то узнать. Разумеется, не стал обсуждать вопрос с Алексеем, чтобы не оскорбить его фактом контроля. Что-то узнал, о чем-то догадался… Но сразу скажу, что желание Алексея получить, потратить или кому-то отдать практически все деньги, к несчастью отношения не имеет. Это похоже на какую-то очень личную идею. Тут-то и случился злополучный пожар. Никитин сразу обратился ко мне, так как мы с ним работали уже не в одном деле. Он связывает исчезновение Серова с его последней работой по заказу. Что-то вроде криминального разоблачения.
– Боже, какой кошмар, – проговорила Виктория. – Я о криминальном разоблачении. Леша никогда не стремился к такому жанру. Но если уж тема показалась ему интересной, он способен погрузиться в нее со всем своим пылом и вдохновением – и считать, что ему повезло с материалом, из которого можно сделать шедевр. Исключено, чтобы Леша мог отказаться от работы из-за ее риска, к примеру. Или согласился ради денег. Они его вообще не интересуют. Это точно. Деньги – одна из главных проблем нашего брака. Я бы терпела и дальше без вопросов, потому что было ради чего терпеть… Ради всего остального. Я люблю его. Но росли дети, и вместе с ними рос дискомфорт их существования. Этот постоянный страх нищеты и невозможность что-то предвидеть и запланировать… Я к тому, что любой не слишком чистоплотный знакомый мог попросить у Леши любую сумму, придумав трагический повод, и Леша был не в силах отказать. Скажу больше: таких попрошаек просто не может не быть. Так что история с деньгами меня не удивляет. А странная и опасная работа… Это очень серьезно.
– Понятно, – коротко произнес Сергей. – Спасибо за такой глубокий анализ. Это очень поможет. Давай перейдем к новости номер два. Мы знаем, кто погиб в квартире Серова. Это руководитель рок-группы «Ночной свет» Константин Вольский. Ты его знаешь?
– Имя слышала, конечно. О группе тоже. Дочь Лена, кажется, с ними выступала. Но лично я его не знаю. В смысле, не знала.
– Дочь Лена ездила с группой на гастроли, – сказал Сергей. – И не только. Дело в том, Виктория, что Лена с ним встречалась. Это однозначно не только профессиональные отношения. Что, разумеется, только их личное дело. Было. Но теперь следствие, заказчика и меня интересует вопрос: что связывало Вольского с Серовым? Дело в том, что я не нашел информации о том, что Серов и Вольский были друзьями или просто хорошими знакомыми. Были рабочие контакты: в архиве Серова есть довольно давний сюжет о «Ночном свете», но никто не помнит ничего похожего на приятельство с походами в гости друг к другу. Таких объектов профессионального интереса у Серова тысячи.
