— Я сразу поняла, что он не просто так выдернул «балалайку», — прошептала Чика-Мария. — Тоже мне секрет: номер торговца оружием! Короче, я пошла в ванную, включила воду, он думал, я ничего не слышу, но ты ведь помнишь, я улучшала слух…
— Я помню, Чика-Мария, поэтому и выбрала тебя, — подтвердила мамбо. — Кому звонил Дорадо?
— Он общался в текстовом режиме, но я слышала, как он прошептал: «Сорок два».
— Сорок два?
— Да… Вим, почему так долго? — Чика-Мария повернулась к вошедшему в ванную Дорадо. Улыбнулась. — Мне было одиноко.
— Я устал…
— Устал?
— Но теперь снова в форме. — Вим встал под струю пахнущей хлоркой воды и прижал девушку к себе. — А чем занималась ты?
— Размышляла о том, кто потрет мне спинку…
«На что ты надеешься, Вим? На чью помощь?»
Мамбо была раздосадована нарушением плана, но в то же время почувствовала некоторое уважение к Дорадо:
«Ты не сдаешься, Вим, ты молодец. Может, действительно оставить тебя в живых?»
По-настоящему упорные люди встречаются редко.
Обдумав ситуацию, Каори поняла, что без помощи не обойтись, и набрала номер архиепископа.
— Привет, Джез, как твои дела?
— Лучше, чем было, но хуже, чем хотелось бы, — довольно бодро отозвался Папа. — Здесь отличные медсестрички.
Судя по всему, архиепископ шел на поправку. Каори почувствовала прилив теплоты.
— Чем занимаешься?
— Изучаю материалы по Мюнхену.
Едва придя в себя, Папа принялся искать хоть что-нибудь, что поможет Каори в ее делах. В первую очередь он думал о ней, и только о ней. А ведь его действительно окружали симпатичные и податливые помощницы, да и рана давала о себе знать. Но он отложил на потом и развлечения, и боль.
— Джез, в этих материалах не встречалось число сорок два?
— Возможно, еще и встретится.
— Я серьезно. Что может означать для Дорадо число сорок два?
— Спроси у него.
— Сейчас не могу. И не хочу показывать, что мне известно больше, чем он думает.
— Я понял… — протянул архиепископ. — Покопаюсь.
— Спасибо.
— Еще не за что. — Папа отключил коммуникатор и задумчиво повторил: — Сорок два?
— Тяжелый разговор? — осведомился Прокопыч.
— Тяжелые новости, — вздохнул Сорок Два. — Друг под колпаком.
— У тех, от кого ты ушел?
Приехав в Москву, Сорок Два не стал откровенничать с владельцем «Подпрограммы», не рассказал, почему заявился, но бывший ломщик Прокопыч прекрасно понял, что происходит. Видел не раз, как заезжие ломщики появлялись среди ночи, снимали комнаты и сидели в них, не выходя на улицу. Сам когда-то поступал так же, стряхивая прилипший во время операции хвост. Кого попало Прокопыч к себе не пускал, осторожничал, но Сорок Два принял без вопросов: во-первых, потому что ломщик именитый, во-вторых, потому что наследил не в Москве.
— Нет… — протянул Сорок Два. — Друг мой попался к другим людям. Но по тем же причинам.
— Сложное дело?
— Очень сложное.
В любом Анклаве работает масса машинистов, тысячи ломщиков, огромная армия людей, так или иначе связанных с Цифрой. Количество заведений, в которых труженики сети могли пообщаться друг с другом, не поддавалось учету, однако в Москве главными из них считались «Подпрограмма» и «Бинарный Код». В первом расслаблялись преимущественно ломщики, во втором — честные машинисты.
Прокопыч, некогда круто работавший под ником Монгол, считался абсолютно надежным человеком, к которому брат по сети мог прийти в любое время с любой проблемой. Благодаря былым заслугам старик был известен далеко за пределами русского Анклава, и Сорок Два рванул в Москву в том числе из-за него — укрыться, посоветоваться. И надо же, так удачно: сюда нагрянул Дорадо.
— У нас на хвосте Европол, вудуисты и, возможно, Триада.
— Ни фига себе! — оценил масштаб происходящего Прокопыч. — Умные люди ссорятся с кем-то одним. Или по очереди. Но не со всеми этими ребятами одновременно.
— Знаю.
— Из-за этого дела разгромили мюнхенский сервер dd?
— Да.
— Теперь твой приятель кому-то попался?
— Да.
— А ты хочешь ему помочь?
— Да.
Прокопыч глотнул пива и покачал головой:
— А я-то считал тебя умным.
— Нас подставили, — вздохнул Сорок Два. — Когда мы поняли, что влипли в Очень Серьезное Дело, было поздно соскакивать. Загрузка началась — не остановишь.
— Любую загрузку можно остановить.
— Выдернуть штекер из розетки?
— Например.
— Именно это нам и обещают: выдернуть штекер из розетки. Навсегда.
— Так круто?
— Они кончают всех, кто в деле.
Прокопыч бросил в рот несколько орешков, тщательно их прожевал, залил пивком и поинтересовался:
— Парень на коротком поводке?
— На очень коротком. К тому же — с шипами.
— Тогда уходи, Сорок Два, — посоветовал старик. — Уходи как можно дальше. Ложись на дно и забудь обо всем. Всем доводилось бросать друзей. Выпьем потом за еще одного ломщика, навсегда ушедшего в Цифру.
Во второй раз за несколько дней Сорок Два предлагали уйти, бросить все и уйти. И снова совет прозвучал от человека понимающего. В прошлый раз он послушал и спасся, но сейчас отступать не хотел.
