— Не смотрите назад, — тихо сказала Кардинена. — Не надо пока. Это должно ещё целиком выйти из Эреба. Пойте дальше.
— Дальше я знаю, — сказал Дар. — Можно, ина?
— Смеху-то сколько, — буркнул сзади знакомый голос. — Мусульманину вино запрещается, но архи — это ж самое лучшее, что есть в кобыльем молоке. Квинтэссенция, ага. Деньги хороши, когда есть куда тратить, я и тратил не считая: на друзей, на пиры, на тех же породистых скакунов, доспех и оружие.
— Я помню и благодарен тебе, — ответил Сорди.
— Ещё мы для вас всех шапки сделали. С такой же стеклянно-кремнёвой прослойкой внутри, как твой нагрудничек.
— Что, и для Тэйна? — спросила Карди. — А нет — так и мне не надо.
— И нам, верно? — спросил Дар. — Ты лучше песенку подхвати, Корсар.
И тот запел на самых хриплых своих тонах:
Колыхнулся занавес реальности, и побратим, чуть запыхавшись, стал рядом с Сорди: как и под Кертом, под ним тотчас проявился конь.
— Вот спасибо вам, что позвали, — сказал он, встряхнув седой шевелюрой. — А то не одни девы, все возрасты мне оказались покорны. Надоело — аж жуть. Как скажешь, посестра, — моя очередь дразниться?
— Я ведь сил не щадил, отстраивая всё, что подлежало ремонту и реставрации, — ответили сзади с некоей сильно интеллигентской интонацией. — Вот моя верная подруга подтвердит.
— Я бы не очень мне доверяла, — хихикнула Эррант: она сидела бедром к бедру со смирным пожилым офицером в подзорных очочках. — Ибо муж и жена — одна сатана. Кто там у нас дальше на очереди? Ай, Арми, давай в две глотки и четыре руки кота подерём! Нет?
Сеф Армор фальшиво с азартом продолжил:
— Полагаешь, что расквитался с бывшим соправителем? — невозмутимо спросил Карен. — Ну и располагай на здоровье. Мне теперь без разницы. Не будь тебя с твоим докладом высокой ине старлейту — не случилось бы у нас хорошего спутника в лице юного изобретателя. Верно, Теодар?
А Дар повертел головой, так что смоляные кудри растрепались, и нахально пропел:
— Меня-то зачем вызывать, поганцы, — проворчала Карди. — Вот она я.
Дар тем временем продолжал:
— Кто это не вышел и не дожил? — гулко раздалось спереди, там проявились пока нечёткие шеренги всадников, что, поднимаясь по склону, закрывали собой подножие великой огненной горы. — Врёте, как сивые мерины, что у вас всех под седлом. Ну как, Та-Эль Кардинена, довольно тебе от меня чести? Что-то мало народу ты привела для моей собственной.
— Погоди, — ответила она добродушно. — Кое-кто ещё не допел.
