Захватывающие приключения с участием инопланетян и использованием нейросетей, нейроимплантов, телепортов. Магия и технологии. Эльфы. Аграфы.
Часть 1.
Николай проснулся на рассвете от пения птиц. Все тело болело. Ему приснился кошмар, в котором он убегал от врагов. Этот кошмарный сон был одним из тех, в которых спасаешься бегством от какого-то ужаса и при этом не можешь двигаться достаточно быстро.
Открыв глаза, он увидел, что находится в какой-то пещере. Пещера напоминала дупло гигантского дерева, её стены покрывала труха, но, насколько он знал, поблизости не могло быть таких больших деревьев. Он не узнал то место, где проснулся, и не мог сразу вспомнить, как в нем оказался. Пораженный размерами дупла, в котором можно было свободно лежать, он осмотрел свое убежище. Рядом с ним лежал кожаный чемодан (или нечто весьма напоминающее чемодан) странного вида и без ручки. Движимый любопытством он протянул руку к чемодану, желая открыть его. Чемодан был наполнен какими-то картонными плакатами, зелёного цвета с портретами американских президентов, весьма похожих на доллары, но гораздо крупнее по размеру. Как странно на их фоне выглядит рука… он присмотрелся и закричал от ужаса. Вместо руки он увидел кошачью лапу, вместо крика он услышал оглушительный кошачий мяв, а, присмотревшись к чемодану, он понял, что это был бумажник с долларами. Он был богат. Но обладание кругленькой суммой его не радовало. То, что ему показалось сном, оказалось реальностью.
Теперь он вспомнил события вчерашнего вечера.
***
Николай Крыльцов лежал на старом диване и курил. Сегодня он отмечал самый грустный день рождения в своей жизни. Тридцать три года. Можно сказать возраст Христа. Так тоскливо ему не было ещё никогда. Ни жены, ни друзей, ни работы. За окном темнело. Он отложил газету, на первой странице которой была фотография жены «предпринимателя» Хамышева, в бриллиантовом колье, стоимость которого не была указана, но, как он подозревал, не меньше чем пол миллиона долларов. Как сообщал газетный репортаж, Алина Хамышева устроила благотворительный приём в пользу беспризорных детей. Конечно, он хорошо знал Алину, более того, он был когда-то влюблён в неё, но она долго морочила ему голову, а затем вышла замуж за успешного «бизнесмена» и народного депутата. Этого «бизнесмена» он тоже знал неплохо. Он вспоминал, как его довольно прибыльный (и почти честный) бизнес с лечением людей экстрасенсорным методом накрылся, благодаря стараниям рэкетиров из банды Хамышева, который на «Мерседесе» подставился под его «таврию», купленную в кредит, после чего выставил огромный счёт за ремонт. Вспоминал, как его машина, стоявшая во дворе многоэтажного дома, вдруг «самопроизвольно воспламенилась, в результате неправильной эксплуатации», как было сказано в экспертном заключении. После чего ему, чтобы погасить кредит и долги пришлось продать доставшуюся по наследству от родителей квартиру, и переселиться на старую дачу, сколоченную из гнилых досок, размером два на три метра и состоящую из одной комнаты, купленную в пригородном садоводстве в счёт погашения долга умерших хозяев дачи. Так сложилось, что загородный дом Хамышевых находился неподалёку, километрах в двух, если идти напрямую через пустырь. Этот дом, более похожий на крепость, стоял особняком, был огорожен высоким забором и охранялся вооружённой охраной, что делало его недоступным для постороннего человека.
На этом вечер «приятных» воспоминаний не закончился. Он думал о своих пчёлах, в которых он вложил последние деньги.
Пчёл он решил завести после того, как был уволен с должности старшего преподавателя психологии местного вуза, так как резко сократилась нагрузка, а у Николая закончился контракт, как ему объяснила Наталья Петровна, заведующая кафедрою, вуз не может позволить себе, чтобы в нем работали не остепенённые. У Николая диссертация на соискание степени кандидата психологических наук была давно написана, но защита требовала финансовых вложений, примерно в размере стоимости хорошего автомобиля, а таких денег у него не было. Пчёлы требовали, больше ухода, чем рассчитывал Николай, а вместо дохода большая часть пчёл, полетевший в цветущие сады садоводства, которые дачники опрыскали от вредителей, отравилась и вымерла.
Николай был в глубокой депрессии, связанной с финансовыми неурядицами. Как говорил Николай последнее время «если деньги мерить кучками, то у меня теперь стабильная яма». В голове у него постоянно крутились мысли о самоубийстве.
– Никаких доходов, расходы одни с этими пчёлами…– недовольно проворчал Николай.
– А эта… таскает на себе такую ценность. Денег куры не клюют. С жиру бесится. – Все никак не мог он успокоиться.
Колье не выходило у него из головы. Контраст между собственной нищетой и чужим богатством просто раздражал.
– Эх, мне бы это колье… мечтательно проговорил Николай.
– Продал бы и в Ялту, или в Турцию…
– И гори синим пламенем все эти пчелы.
Настроение было испорчено окончательно. Он вспомнил, что у него должна стоять в холодильнике полбутылки коньяка, оставшегося с лучших времен. Не торопясь, он достал из холодильника коньяк.
