— Ты его отвлекла, — сказал капитан Диаз. Нет, Сорен. Он настоял на том, чтобы я называла его Сореном. Интересно, изменится ли это, если он когда-нибудь будет руководить нашими тренировками.
Айви пожала плечами.
— И? Если он отвлекся, это его проблемы. Леда выиграла абсолютно честно. Эй, а что она выиграла? — спросила она у оборотня.
— Что бы ты хотела в качестве приза? — спросил он меня.
— Она бы хотела с тобой потанцевать, — ответила за меня Айви.
Я повернулась, чтобы пригвоздить ее взглядом, но оборотень уже обхватил рукой мою талию. Я позволила ему увести себя на танцпол. Почему нет? Один танец мне не повредит. Даже если он хотел меня укусить — что не похоже, судя по тому, как он на меня смотрел — у солдат Легиона иммунитет к яду оборотней. И кроме того, он был красив какой-то грубой красотой. Я не возражала против танца с ним.
— Как тебя зовут? — спросил он, устраивая руки на моих бедрах.
— Леда, — я положила руки ему на плечи. Куда мне еще их девать? Мы были так близко, что практически танцевали щека к щеке.
— Я Стэш, — его губы расплылись в улыбке. — Рад знакомству, Леда.
— Итак, — сказала я. — Почему же большой плохой волк занимается армрестлингом с людьми в клубе фейри? — его улыбка погасла, сообщая мне, что я задала неудачный вопрос. — Прости, не хотела совать нос не в свое дело.
— Нет, это правильный вопрос. Я выступаю на этом карнавале фейри, потому что мне нужна наличка, а большинство оборотней отказываются меня нанимать с тех пор, как меня вышвырнула моя стая.
Я не спросила, почему его вышвырнули. Это точно значило лезть не в свое дело. Так что я удивилась, когда он рассказал мне сам.
— У нас с альфой разошлись мнения. А я не умею держать рот на замке. Я не хороший послушный волк.
— Я тоже. В смысле не послушный солдат, — быстро добавила я.
— Поэтому ты здесь вместо того, чтобы быть с полковником Уиндстрайкером? — спросил Стэш.
Я удивленно посмотрела на него.
— В Нью-Йорке живет только один ангел, — сказал он.
— Неро — не мой бойфренд, — сказала я.
Его губы приподнялись в улыбке.
— Это лишь вопрос времени, сладенькая.
— Почему люди продолжают это твердить? — прорычала я.
— У тебя глаза загораются, и запах меняется, когда ты о нем говоришь.
— Я… — я не знала, что сказать на это. — Давай просто не будем о нем говорить, ладно?
— Как пожелаешь.
Заиграла новая песня, еще бодрее предыдущей, и громкий фальшивый голос во всю глотку завопил в микрофон слова «Сверхъестественной Лихорадки». Я повернула голову к сцене, где Лайл, один из наших приятелей по Легиону, пел в караоке на потеху всей нашей группе.
— Очевидно, пение не входит в число даров, посланных богами Легиону, — прокомментировал Стэш.
Я фыркнула.
— Определенно нет.
— Спасибо за танец, — сказал он. — А теперь я должен возвращаться к работе.
— Постарайся больше никому не проигрывать. Иначе будешь всю ночь танцевать, — я посмотрела на длинную очередь женщин, ждущую перед его столиком. Все они таращились на него через весь танцпол с мечтательным выражением, помахивая купюрами в один доллар. Очевидно, у оборотня был свой фан-клуб.
Стэш подмигнул мне и направился к своим обожающим фанатам. Я нашла Айви наверху, сидящей на диване, откуда открывался вид на весь нижний этаж клуба. Как только Лайл закончил петь, он присоединился к нам. Вскоре мы все устали хохотать, благодаря дешевым комедийным сценкам, которые фейри разыгрывали на сцене. Закончилась очередная сценка, и огни погасли. Двое мужчин вышли на сцену — один в разорванных джинсах и грязной футболке, второй в костюме из блестящей черной кожи.
— Ты кто такой? — спросил оборванец у другого мужчины.
— Как ты можешь меня не знать? — мужчина в кожаном костюме возмущенно выпрямился, и за его спиной расправились бумажные крылья. — Я великий и могущественный Неро Уиндстрайкер, ангел Нью-Йорка, божья рука правосудия, — его крылья сложились и снова расправились, взорвавшись конфетти.
Другой мужчина смерил Фальшивого Неро взглядом с головы до пят и заявил:
— Я думал, ты повыше.
— Рост не имеет значения. Только сила богов. Я мог бы убить тебя на месте, не шевельнув пальцем.
— Вот только он никогда так не делает, да, Леда? — прошептала мне Айви. — Он предпочитает пускать в ход руки, — она поиграла бровями.
— Я притворюсь, что не слышал этого, — сказал ей Сорен. — И не видел, — он нарочито отвернулся от сцены. Его лицо тщательно скрывало эмоции, но я видела, что в глубине души он смеется. Остальные из нас не сдерживали хихиканья — скорее над абсурдностью сценки, чем над чем-то другим.
— Расскажи мне о своих великих свершениях, о могущественный, — сказал Простой Смертный со сцены. — Правда ли, что ты можешь двигать предметы силой мысли?
— Конечно, — Фальшивый Неро поднял руки, и камни взмыли со сцены в воздух. Я видела мерцание прозрачной лески, но это не уменьшало веселья.
— И ты можешь контролировать сами стихии? — спросил Простой Смертный.
