Так. Про свадьбу пока ни слова. Иначе придётся объяснять, откуда вдруг у меня на счету такие деньги. Не обманул Такомото! Только вот правдоподобной версии я ещё не придумала. В голову лезет банальный выигрыш в лотерею. Конечно, придётся озвучить не всю сумму, но… Других идей у меня всё равно нет.
Наливая чай на кухне, слушаю, как он рассказывает мне о собеседовании. Сегодня проходил психологический тест. Хочет устроится в особый отдел, следователем. Честно говоря, слушаю вполуха. Мне стыдно, но я ничего не могу с собой поделать. Звуки залетают мне в уши, складываются в слова и тут же покидают мой мозг. Нехорошо. Надо сосредоточиться.
– Будешь чай? – оборачиваюсь я к столу и краем глаза вижу, как Котомото пытается забраться на стену, забавно дрыгая задними лапами. А там над ним на часах сидит огромная жирная чёрная муха.
Меня словно окатывает ушатом холодной воды. Эта муха… такая знакомая… за мной следят… они знают, где я живу… прислали её сюда как разведчика и сейчас… сейчас нас будут устранять…
С грудным воплем хватаюсь за первый попавшийся под руку предмет и, бросившись к стене, что есть силы луплю по стеклу. Осколки брызжут мне в лицо. Котомото от неожиданности орёт не своим голосом, остатки часов срываются со стены и с оглушительным грохотом расшибаются о пол.
– Ты что? – он резко хватает мои судорожно дёргающиеся руки, выдирает из скрюченных пальцев сковородку и крепко держит.
– Я… я… – меня трясёт.
– Ты вся дрожишь, малыш! Что с тобой? – он прижимает меня к себе, тревожно вглядываясь в моё лицо, ждёт, пока я успокоюсь.
Ничего не понимая, я прячу лицо на его груди.
– Малыш, это же просто муха! – успокаивает он меня.
– Я… мне показалось, это таракан, – внезапно осеняет меня.
– Ну и напугала же ты меня! – с облегчением смеётся он. – Котомото вон вообще на шкаф запрыгнул.
И действительно. Укрывшись от условной опасности на высоте, чуть не с самой люстры на меня удивлённо глазеет Котомото. Глаза у него от шока, как пятирублёвые монеты.
– Ну всё, давай, успокойся, – слышу я. – Гляди, какой трофей! В десятку!
Обернувшись, смотрю на протянутую мне сковородку. На днище расплющилась мерзкая чёрная волосатая тварь. Кишки вывалились наружу, покрыв всё непонятной жёлто-кровавой жижей.
«Прям как у Тарантино», – проносится в мозгу.
– Ну вот, видишь, обычная муха. Ты в порядке? Успокоилась? – спрашивает он меня.
– Ага, – выдавливаю из себя. – Пойду это… умоюсь.
– Я пока приберу, – участливо соглашается он.
Пока я иду к двери, чувствую, как мою спину сверлят недоумённо-встревоженными взглядами сразу две пары глаз.
Плеснув в лицо холодной воды, медленно выдыхаю и, не вытираясь, выхожу из ванной. Всё, хватит. Всё нормально. Надо вести себя естественно.
Входная дверь открыта, и в коридоре толпятся широкие спины в сером казённом обмундировании. Я прирастаю к месту.
Растерянный, с совком в руке, он спешит мне навстречу:
– Малыш, что происходит? – но дорогу ему заслоняет серая форма.
– Анисимова Анастасия Анатольевна? Федеральная служба безопасности.
Меня огревают обухом по голове.
– Это не я, – отчаянно кричу я, пытаясь прорваться сквозь строй серых мундиров. Резко увильнув от одного, ловко обхожу второго, пригибаюсь и пулей мчу в подъезд, прижимая к груди одеяло. Оно путается у меня в ногах и, не удержав равновесие, я кубарем лечу с лестницы. Постойте, но откуда оно у меня?
Подскакиваю на кровати, и мой кулак попадает в стену.
«Бумм», – разносится глухой удар по всей квартире.
– Малыш, ты проснулась? Я завтрак готовлю, – слышится с кухни его голос.
Доносится звук открывшейся дверцы холодильника, и Котомото, изогнувшийся в невообразимой позе, но при этом умудряющийся каким-то образом сладко посапывать у меня в ногах, срывается с места и с воплем индейца Команчи галопом уносится навстречу своей долгожданной колбасной мечте.
Медленно перевариваю окружающую действительность. Это мой кот. Это мой холодильник. Точнее, наш холодильник. Точнее, холодильник хозяйки, у которой мы первый месяц снимаем эту квартиру. Снимаем, потому что решили, что нет никакого смысла и дальше жить порознь и просто встречаться. Всё равно мы скоро будем брать ипотеку. Да и свадьба уже не за горами. Свадьба…
Но позвольте…
Поворачиваю голову влево, впиваюсь глазами в желтоватый экран. Подсвеченными буквами на экране горит «свадьба», «шпионские страсти», «остросюжетный детектив», «международный шпионаж», «громкое дело», «поимка шпиона», «преступление на производстве», «промышленный шпионаж».
При чём тут шпионы? Я отчётливо помню, как вчера перед сном, как обычно, нажала на категорию «Свадьба».
– Ты опять забыл очистить кэш! – кричу я. Выходит слишком резко. Голос срывается, и получается какой-то истерический вопль.
– Прости малыш!– слышится из кухни. – Чё-т я вчера разнервничался перед собеседованием, ну и решил… укрепить уверенность… в собственных силах. Так сказать, попробовать, как стану лучшим следователем в особом отделе.
– Ты яичницу будешь? – заглядывает он в комнату.
