Котёнок и его Страж. Часть 1 полностью

Страж был всегда. Сколько Гарет себя помнил — столько Страж и был. Он возник вместе с первым чётким воспоминанием — воспоминанием о страшном побоище, когда над головой крошечного Гарета жужжали злые пчёлы, вспыхивали световые лучи, когда с гулом рушилась мебель и падали люди… Приёмный отец Гарета, просмотрев это воспоминание, буркнул: «Звёздные войны в миниатюре…»

Тогда Страж и появился. Появился, чтобы тут же исчезнуть — и возникнуть где-то на периферии сознания, как неясная, но тёплая тень.

Дальше было несколько лет, заполненных голодом, страхом и острым ощущением нелюбви. Люди, взявшие ребёнка в свой дом, забывали покормить его и переодеть, но не забывали обругать и ударить. Тогда Гарет чувствовал гнев Стража, и этот гнев выплескивался наружу. Тогда в доме что-то рушилось, разбивалось, и опекуны Гарета на время притихали и становились почти терпимыми.

Мальчик рос, и ненависть воспитателей тоже росла. Она достигла максимума, когда семилетнего Гарета заперли в чулане на неделю. Раз в день тётка подсовывала под дверь миску с холодным супом, который ребёнок жадно выхлёбывал.

— Эй ты, уродец!

Голос кузена. Двоюродный брат всего на месяц старше, но вдвое массивнее. Долгое время Гарет был для него забавой — живой грушей, о которую можно славно почесать кулаки — пока полгода назад разгневанный Страж не отшвырнул его, да так, что мальчишка пролетел по воздуху футов десять и шлёпнулся прямо в мусорный бак. Тёти и дяди дома не было, а когда они вернулись, зарёванный и вонючий отпрыск побоялся ябедничать.

— Маловато тебе мамка налила, да? Ну, я добавлю!

Журчащий звук и запах мочи — Гарет мгновенно понял, чем занимается кузен. Толстая ладошка пропихивает миску под дверь.

— Жри, ущербный!

Голод, тоска, отчаяние… И горячей волной поднимается гнев Стража.

Тяжёлую деревянную дверь выбивает наружу вместе с косяком. Можно подумать, в чулане взорвалась граната. Миска с вонючим месивом летит в лицо хохочущему толстяку. Железный край касается губ и вдавливается внутрь… Мальчишка валится на спину, его лицо залито грязью и кровью, он кричит истошно, надрывно…

Как всегда после всплеска, Гарет полностью обессилен и безразличен к происходящему. Дядя за шиворот тащит маленькое безвольное тельце к машине и забрасывает на заднее сиденье. Машина срывается с места. Дом родственников уходит в прошлое. Навсегда.

— Виктор!

— Я здесь, господин директор.

— Привезли новенького. Осмотри его… По-моему, претендент в Вельд. Мальчик семи лет, вспышки немотивированной агрессии, во время приступов разносит всё вокруг. Последний подвиг — избил двоюродного брата. Ударил в лицо железкой, вышиб несколько зубов. Опекуны от него отказываются — боятся за родного сына. Их можно понять, в принципе… — директор вздохнул

Виктор коротко поклонился и вышел. В соседней комнате сидел на стуле маленький мальчик — рыжеватый шатен. Он был так мал и худ, что его можно было принять за трёхлетнего. Но этого ребёнка окружала магическая аура колоссальной мощи. Правда, сейчас в ней зияли гигантские прорехи, характерные для спонтанного выброса, так что ребёнку едва-едва хватало сил, чтобы дышать.

— Вы правы, господин директор, этому мальчику в нашем приюте делать нечего. Мне позвонить мистеру Карсавену?

— Да. И вообще, займись этим. Вот бумаги на ребёнка.

— Слушаюсь, господин директор.

Четыре года спустя.

Гарет одёрнул фиолетовую курточку с серебристой отделкой. В форме Вельда он чувствовал себя спокойнее.

«Смотри на это, как на приключение», — посоветовал Магнус.

Легко сказать — приключение! Мальчику ужасно не хотелось уезжать из Карса, где его любили — впервые по-настоящему любили, просто так, за то, что он есть.

— Ты готов, малыш?

Гарет нервно сглотнул и кивнул. Приёмный отец улыбнулся.

— Ну, не унывай. Я заберу тебя на летние каникулы. — он взглянул на сына уже серьёзнее. — Гарет, если ты категорически не хочешь ехать…

— Нет-нет, пап, я в порядке, — торопливо заверил мальчик. Не хватало ещё провалить Послушание! — Просто… грустно немного.

Отец взъерошил рыжеватые кудряшки.

— Будь осторожен, мой хороший. Конечно, ты уже большой — колдун в одиннадцать лет, это немало. Но есть вещи…

— Знаю-знаю, пап, — мальчик улыбнулся, смешно наморщив нос. — Проверять ауры незнакомцев, не пить спиртного, закрываться от чтения мыслей…

— Я думал, ты закрываешься уже на автомате!

— Ну конечно, пап!

— Не держи Карину подолгу взаперти. Ей полезно летать, а не сидеть в клетке.

— Хорошо, пап.

— Твои навыки могут тебе понадобиться, а могут не понадобиться. На всякий случай… на. Только пристёгивай к малочувствительным местам.

— Спасибо, пап… — мальчик покрутил в пальцах и осторожно спрятал в карман курточки странное приспособление, похожее на раковину улитки.

— Магия крови здорово отличается от магии духа. Будь готов забыть свои прежние навыки и начинать учиться с нуля.

— Будет обидно…

«Ничего, я тебе помогу».

«Спасибо, Магнус».