Он расхохотался так, что у Темпл слегка поднялось настроение.
— Нет, правда! — продолжала она настойчиво. — Могу поспорить, что в колледже вашей специализацией была психология, так?
Смеющееся лицо Мэтта сделалось серьезным. Темпл почувствовала себя так, точно шагнула с края бассейна, слишком поздно заметив, что там нет воды.
— Скорее, социология, — ответил он осторожно.
— Но это достаточно близко!.. — Темпл осеклась, поняв, что опять выпытывает. — Простите. Пиарщики от природы любопытны.
— Как кошки.
— Ага.
Она поскребла шпилькой горячий растрескавшийся бетон, обрамляющий бассейн. Луи был еще одной причиной того, что она так упала духом. Светло-карие глаза Мэтта внимательно изучали ее. Темпл хотела бы знать, нарочно ли он возобновил тему кота, чтобы отвлечь ее от самого себя — от темы профилирующих предметов в колледже. Может ли такое быть? Или он не учился в колледже и стесняется этого? Пора укротить свое любопытство и сдать назад, пока не спугнула.
— А чем вы вообще занимаетесь? — услышала она собственный неугомонный голос, прежде чем внутренний голос успел ее остановить.
Мэтт улыбнулся жалобной улыбкой, которая так нравилась Темпл:
— Я работаю на телефоне доверия.
— Ага! Психиатр!
— Не совсем. Я… не закончил образование.
— Но вы великолепный слушатель. Простите, что я набросилась на религию. Вы, должно быть, имели некоторый церковный опыт во время своих юношеских исканий, как говорят социологи, — предположила Темпл. — Вы играете на двухмануальном органе. Этот свадебный марш, который вы сыграли для Электры, был восхитителен. Я подслушивала. Что это было?
Он улыбнулся, набрав полный рот терпкого лимонада:
— Это был и не марш, и не свадебный.
— Но он великолепно подходил! Медленный, возвышенный и нежный. Я бы хотела иметь его на CD.
Улыбка расплылась шире:
— Спросите в музыкальном магазине Боба Дилана.
— Старого хрипуна? Вы шутите?
— Богом клянусь. Это была “Love Minus Zero — No Limit”. Послушайте ее — там даже текст гименейский.
— Какой?
— Это из древней Греции, типа свадебный.
— О, как бог Гименей… — Темпл почувствовала, что краснеет, связав имя божества брака со словом, образованным от него и используемым в гинекологической терминологии[48].
— У вас в колледже профилирущим предметом была античная литература? — спросил Мэтт невинно, как будто ему на ум не пришла та же самая естественная, но пикантная коннотация.
Ну, по крайней мере, он проявил интерес.
— Нет, я специализировалась по связям… Ну, то есть, пресса и медиа. Я делала репортажи для ТВ. Но потом оказалась в репертуарном театре в Миннеаполисе, в качестве менеджера по связям с общественностью. Приходится зубрить имена древнегреческих богов, если любимая постановка режиссера — пятичасовой спектакль по Эсхилу. В основном, в форме античных ругательств… Но эта мелодия действительно Боба Дилана?
— Клянусь, — Мэтт прижал руку к груди.
Темпл оглядела его. Кстати, о греческих богах, да. Писаный красавчик, внимательный собеседник Мэтт. Честное слово, этот парень слишком хорош, чтобы быть настоящим. Что ж, Макс тоже на первый взгляд выглядел эффектно. Проблема в том, что он и на последний взгляд выглядел так же эффектно, как на первый. Чертов Макс. Чертовы коты, норовящие сбежать. Чертова надежда, которая умирает последней…
— Спасибо за лимонад, — сказала Темпл и встала. — Я, пожалуй, пойду взгляну, как там поживает ополовиненая банка тунца в моем холодильнике.
— Электра все равно бы, скорее всего, не позволила создавать прецедент с домашними животными.
— Луи не домашнее животное, — объявила Темпл напыщенно. — Он личность, свободная приходить и уходить, когда вздумается, как меня сегодня проинформировали. И вот, похоже, он ушел — по крайней мере, из моей жизни.
— Может, вам завести другого кота? Миссис Ла… Электра, похоже, слабый противник.
— А, вы это заметили?.. Нет, я иногда так задерживаюсь на работе, что это было бы нечестно по отношению к коту. Все к лучшему. Я должна радоваться, что моя гениальная идея со статьей не только охладила интерес к убийству, но и вернула ЧЛ, как сказал бы мой коллега Кроуфорд Бьюкенен, в родной дом.
— Очень сочувствую по поводу убийства. Немудрено, что вы расстроились из-за него, — карие глаза Мэтта прищурились на солнце. — Ужасная вещь: одно человеческое существо испытывает к другому человеческому существу такую ненависть, что он — или она — действительно готов отнять жизнь. У полиции есть какие-нибудь предположения?
— Они мне не докладывали, хотя я провела полдня, опекая лейтенанта Молину из отдела сексуального насилия и убийств ЛВПД.
— Почему он именно к вам прицепился?
Темпл улыбнулась. Аккуратное обращение Мэтта с местоимениями в случае возможного убийцы пало жертвой его автоматической уверенности в том, что следователь отдела сексуального насилия и убийств должен быть мужчиной. Впрочем, может, С.Р. Молина и была им — в каком-то смысле.
