В данной сказке-притче автором изложены её основные философские и религиозные взгляды на главные вопросы мироздания, связанные с необходимостью жизни и смерти и с неизбежностью человеческого страдания. Тема эта является очень жёсткой и тяжёлой, поэтому для облегчения понимания разговор ведётся от имени кота. Данное решение было подсказано автору японскими классиками, такими как Сано Ёко, Миядзава Кэндзи и Нацумэ Сосеки, в чьих произведениях часто можно найти образ говорящего кота.
Глава 1
Жил-был кот, который умирал сотни раз.
Вернее сказать, он умирал сотни раз и сотни раз рождался обратно. Великолепный, умный был кот. Нельзя сказать, что все его жизни были отмечены печатью чего-то выдающегося, большинство из них он забыл. Но вот девять из них были такими, что забыть их не было никакой возможности.
У него, кстати, были сотни хозяев, любивших его, и они плакали сотни раз, то есть каждый раз, когда он умирал.
Так убивались они потому, что каждый раз им казалось, будто вместе с котом от них уходит какая-то часть их души.
Глава 2
Одно время кот был офисным котом банкира. Великолепным толстым кастрированным котом. Служил кот банкиру, так сказать, в качестве антистрессовой терапии. Перед принятием важного решения любил банкир запустить свои толстые пальцы в кошачью пушистую шерстку и посидеть так, отрешившись от всех проблем, пару минут. Кот ненавидел банкира, хотя банкир и любил кота. Банкиру было стыдно признаться, но он завидовал коту.
«Вертишься здесь, как белка в колесе, а в ответ никакой благодарности. Какая уж тут благодарность, втайне они меня все ненавидят», – думал банкир, мысленно представляя всех своих подчиненных, включая бывшую любовницу белокурую секретаршу Леночку.
«А этот лежит, – думал банкир, поглядывая на кота, – весь день ничего не делает, только спит да шкурку вылизывает, а его все любят. И за что любят-то? Вот мне бы так».
Кот смотрел на банкира и думал: «За что тебя любить-то? Ведь ты, гад, лишил меня мужской жизни, с женой разлучил, детей утопил. Вот тебе бы так. Будет тебе, как ты просишь, раз ты этого так хочешь».
В небесной канцелярии услышали их запрос и поставили его в лист ожидания. Немало еще жизней кота и его хозяина должны будут пройти, прежде чем созреют необходимые условия, и только тогда их запрос будет рассмотрен.
Глава 3
И вот кот родился домашним котом в образованной семье. Хозяин работал директором крупного холдинга со странным названием «Пир Детства». Хозяин имел три высших экономических образования. Кот очень гордился своим хозяином. И неспроста. В этом двуногом было много кошачьего. Красивый, статный, он умел хорошо, правильно и в нужном месте говорить, но самое главное – он тоже был хищником. Он ждал своего часа. Спокойно так ждал. Ждал, как умеют ждать только коты. Греясь на солнцепеке и мурлыкая свою песню (обычно это была песня о необходимости реформ в обществе или о том, как важно просто честно делать свое дело), он производил впечатление рубахи-парня, добрейшей души человека, на кого ты можешь положиться в бою и который мухи не обидит. Причём все эти качества он умел сочетать одновременно. Так дремал хозяин, пока нос его не был разбужен запахом добычи. Среагировал он мгновенно. Один прыжок – и вся первичная документация была уничтожена; активы выведены на счета другой фирмы, растворившейся как соль, то есть без остатка, а деньги переведены на счета новой хозяйской фирмы, которая никакого отношения к той старой фирме, конечно же, не имела. Ну не красавец ли? И все провернул в кратчайшие сроки, да так, что комар носа не подточит. Кот, да и впрочем вся семья, были в восторге. Кредиторы, оставленные с носом хозяином-красавчиком, так ничего и не смогли доказать в суде. Да их, признаться, коту было не особенно жалко. Ведь в кошачьем незрелом сознании те, кто проиграли сражение, были просто мыши. А кто, будучи в своем уме, будет сострадать мышам?
К тому же всё это происходило в очень странной стране и в очень странное время. Это было время, когда воровать было даже как-то забавно. В том смысле, что никто этого давно не стеснялся, потому что воровали все. Начиная от министров, кончая дворниками. Просто каждый в своём объёме. Согласно законам экономического рынка.
После прыжка, принёсшего добычу, зажили кот с хозяином лучше прежнего. Жаловаться было не на что. И сливки с рынка, и сардины из Италии, и сёмга из Норвегии – ничем кота уже удивить было невозможно. Только один раз, они уже оба старые были, почти перед смертью, в ночь после Чистого четверга видит хозяин сон. Даже не видит, а чувствует всем телом как будто наяву, а проснуться не может. Чувствует, что на груди его лежит мешок с деньгами, такой тяжелый, что вздохнуть нельзя. Взмолился он, попросил, чтобы там наверху над ним сжалились и ношу облегчили.
Глава 4
В небесной канцелярии опять услышали запрос – и ношу облегчили, да так кардинально, что если бы хозяин был ещё жив, то наверняка подал бы на них в суд.
В следующей жизни кот стал спутником московского бездомного. И хотя кот ненавидел помойки и коробки из-под телевизора, в городе не было помойки и не было коробки, куда бы хозяин не приносил кота. Кот находил это рождение вполне сносным. Ведь он был наполовину свободным.
