Когда я подошла к будке охранника, Илья Савриков курил сигарету. Завидев меня, он не бросил своего занятия – только оглядел меня с головы до ног, потом потерял ко мне всяческий интерес. Подумал, очевидно, что я собираюсь покинуть территорию дома Демьяновых, но в будку не вернулся. Я подошла к охраннику и проговорила:
– Еще раз здравствуйте. Простите, напомните, как к вам обращаться? Вашего отчества я не знаю.
– Илья Григорьевич, – бросил тот. – Вам что-то нужно?
– Мне надо с вами поговорить, – пояснила я. – По поводу людей, которые проходят на территорию особняка Демьяновых. Скажите, кроме домработницы Ирины, Ярослава и Лизы в дом за последний месяц кто-либо проходил? Быть может, у вас есть записи о посетителях, вы же всех людей записываете?
– Записи есть, – лаконично проговорил Илья Григорьевич. – Но посторонним их смотреть не разрешается.
– Меня нанял Ярослав Демьянов, – заявила я. – Можете позвонить ему и уточнить, он разрешил мне пользоваться вашей документацией.
Охранник затушил сигарету, вытащил из кармана мобильный и набрал номер хозяина. Я понадеялась, что Ярослав еще не заснул – иначе он мог не понять, что от него хочет Савриков, и моя беседа с охранником может затянуться надолго. Однако Илья Григорьевич не стал долго разговаривать с Демьяновым – коротко спросил, разрешает ли Ярослав давать посторонним в руки записи о посетителях особняка.
– Что? Кто спрашивает? – спросил Савриков. – Минуту…
– Евгения Охотникова, – четко проговорила я.
Охранник повторил мои имя и фамилию в трубку, выслушал, что сказал Ярослав, и закончил телефонный разговор фразой: «Я вас понял». После этого он отключил звонок и положил мобильник обратно в карман.
– Да, вы можете посмотреть записи, – безо всяких эмоций заключил Илья Григорьевич. – Ярослав разрешил вам их показать.
– Премного благодарна, – отозвалась я.
Охранник зашел в свою будку, потом вытащил толстый журнал и протянул его мне.
– Смотрите, только потом верните документ обратно, – произнес он. – С этим у нас строго, ничего никому отдавать нельзя.
– Естественно, себе я ваш журнал не оставлю, – заверила его я и, усевшись на лавку напротив контрольно-пропускного пункта, принялась изучать журнал. Я листала страницу за страницей, но пока находила только фамилии хозяев да домработницы Ирины. Я внимательно смотрела на даты, но выходило, что за последний месяц в дом Демьяновых вообще никто посторонний не приходил, за исключением меня. Я несколько раз перечитала записи, потом подошла к будке охранника и спросила Илью Григорьевича:
– Здесь все записи точно? Вы всех людей записываете, которые проходят на территорию особняка?
Охранник посмотрел на меня снисходительно.
– А зачем, по-вашему, мы тут с напарником сутками сидим? Просто так никто платить не будет, естественно, у каждого документы проверяем и заносим в журнал! Здесь с безопасностью очень строго, у Ярослава жена беременная, еще не хватало, чтоб посторонние туда-сюда шлялись. Если кто и должен прийти кроме домработницы, то Демьянов мне звонит или моему напарнику и предупреждает. Просто так, без ведома хозяев, мы никого не пропускаем.
– И все же поздно вечером и ночью в особняке появляются посторонние люди, – заявила я. – Поэтому я вас и спрашиваю, кто в дом может проникнуть? По всей видимости, этот человек, точнее, женщина миновала контрольно-пропускной пункт, раз в вашем журнале нет соответствующей записи.
– Никто в особняк не заходит! – повторил Илья Григорьевич. – Не верите мне – посмотрите записи, здесь повсюду видеокамеры. Но и они проверяются, к тому же невозможно проникнуть в дом, миновав контрольно-пропускной пункт. А здесь либо я дежурю, либо мой сменщик, пост никогда не пустует. Так что вы ошибаетесь – имена людей, которые приходят в особняк, записаны в журнале.
– И вы никогда не покидаете контрольно-пропускной пункт? – удивилась я. – Как вы, например, обедаете? Или у вас контейнер с едой и микроволновка в будке?
– Если мне надо куда-то отойти, я отхожу, – заявил Илья Григорьевич. – Если в это время приходит посетитель, он ждет меня, так как пройти внутрь невозможно. Забор, как вы можете видеть, здесь высокий, его не перелезть, к тому же стоит сигнализация. Не верите – сами попробуйте, только сейчас ночь на дворе, не советую будить хозяев.
– Обязательно воспользуюсь вашим предложением, – пообещала я, про себя подумав, что надо проверить, справятся ли мои отмычки с входными дверями на территорию особняка. – Завтра, получается, тоже вы дежурите?
– Да, сменщик заступает на смену в среду, – ответил охранник. – Вы посмотрели журнал? Если да, то верните его на место, это важный документ, хозяин требует отчет за каждый день.
– Конечно, возьмите, благодарю, – проговорила я, возвращая журнал охраннику.
– Вы выходить собираетесь? – поинтересовался тот. – Вам открыть дверь?
– Нет, спасибо. Я намереваюсь остаться на территории особняка, – проговорила я и в подтверждение своих слов направилась к входной двери дома.
