— Только не вздумай опять врать, что это из-за какого-то карточного долга! — продолжала я наседать. — Я и в тот раз не поверила, а теперь тем более не поведусь! Они говорили о какой-то информации. Что за информация? На кого? А главное, откуда и зачем она тебе?
Антон стоял ко мне спиной, тщетно прикладывал вату к разбитой губе и болезненно морщился. Мне стало искренне жаль его, и я предложила:
— Давай помогу.
В ванной я взяла комок ваты, смочила его виски, взятым из бара, и приложила к лицу своего несчастного партнера. Он ойкнул, но стерпел. Пока я продолжала обрабатывать ушибы и ссадины на его лице, он принялся объяснять:
— У меня в руках оказался компромат на одного бизнесмена. Таким образом мне заплатили карточный долг. Я даже никого не шантажировал этими бумажками — просто взял их себе, и только! Видно, прежний владелец архива хотел нажиться на них и стал вымогать деньги у босса тех бравых ребят. Ох… Честно говоря, если бы тебя не оказалось рядом тогда или сегодня… Наверное, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. И вообще…
Кажется, впервые за все время нашего знакомства он говорил настолько искренне и в тоне его звучала такая неподдельная благодарность.
— Думаю, нам стоит съехать из этой гостиницы, — предложила я. — Не ровен час, бандиты явятся еще и сюда.
— Они уже подкарауливали меня возле моего дома, — покачал головой Антон. — Так что здесь пока безопаснее, чем там. Даже если они узнают этот адрес, то соваться в гостиницу, скорее всего, не рискнут. Но все равно съедем, конечно. Как только провернем дело с Графченко.
С этими словами он уверенно отстранил мою руку, натянул на плечи рубашку и вышел из ванной. Я встряхнулась. Что ж, мне тоже пора брать себя в руки! Полдня ушло на нелепые кровавые разборки, а между тем дела никто не отменял.
Это самое дело привело меня на пересечение улиц Соборной и Некрасова. Именно здесь, на перекрестке двух центральных, но малолюдных улиц в одном из домов, отреставрированных в купеческом духе, приютился ресторан под названием «Каре». По пути к заведению, где подавали блюда исключительно европейской кухни и вина никак не моложе 1930 года, я обзавелась гамбургером и горячим кофе в пластиковом стаканчике. Авось незамысловатый обед и сигаретка поспособствуют построению плана знакомства с господином Графченко. Но время шло, я бестолково пялилась на изящное кованое крыльцо, на высокие окна ресторана с витиеватыми барельефами, жевала булку, глотала коричневую бурду, отдаленно напоминающую кофе, но никаких идей у меня не возникало. Была только мысль, что разорять владельца ресторана «Каре» мне совестно.
Я дожевала булку с сосиской, до последнего глоточка выпила невкусный американо. По-прежнему ни одной идеи. Выкурила сигарету — в голове было все так же пусто. Ладно, попробуем прибегнуть к помощи Интернета… Я достала свой телефон и быстро набрала в поисковике: «Леонид Графченко Каре Тарасов». По первой же ссылке мне попалась статейка «В Тарасове открывается очередной ресторан «Каре». Я пробежала ее взглядом, но ничего интересного не нашла. Следующие ссылки также оказались малоинформативны. Вообще в Сети довольно часто мелькали упоминания о ресторанах «Каре» — то в связи с приездом в заведение очередного столичного певца для развлечения публики, то в связи с тем, что там устраивался какой-то немыслимый по своей грандиозности розыгрыш машины. Несколько статей было посвящено какому-то именитому шеф-повару, который был выписан специально из Франции для того, чтобы в течение месяца тарасовские нувориши могли угощаться редкостной кухней. Минут на двадцать я погрузилась в кипучую светскую жизнь Тарасова, которая обычно проходит мимо меня стороной. Но вот в чем штука: если о ресторанах «Каре» писали много и охотно (видимо, их хозяин немало денег тратил на рекламу своих заведений), то о владельце этой сети не говорилось практически ничего. Имя Леонида Графченко мелькало только пару раз — и то в самом незначительном контексте. Я попробовала изменить поисковый запрос, но и это не дало особых результатов. Вся информация, которую мне удалось насобирать о собственнике сети ресторанов «Каре», сводилась к довольно скупым данным: вдовец, воспитывает двоих детей, несколько лет жил в столице, где также имел свой ресторанный бизнес, в ближайшее время собирается приобретать гостиничный комплекс на морском побережье.
— Не густо, — резюмировала я, откладывая телефон.
«А может, дождаться, пока у Леонида Графченко закончится рабочий день? Авось он не просиживает штаны на рабочем месте до шести вечера, как простые смертные…» Додумать эту мысль я не успела: сзади раздалось характерное «хрясь!», и моя хлипенькая машинешка тюкнулась носом о высокий бордюр, а я ткнулась лицом прямо в руль. Хорошо хоть, что кофе я успела допить — иначе бы он выплеснулся мне прямо на колени.
— Вот черт! — выругалась я, отстегивая ремень и быстро выбираясь на улицу. — Ну что за черт!
