Коварство и свекровь полностью

— Кофе варить умеешь?

— Кофе? — бармен так уставился на Маркиза, как будто тот попросил у него стаканчик свежей крови.

— Что, друг, первый раз слышишь это слово? — сочувственно осведомился Маркиз. — Ну ладно, не огорчайся, тебя ждет в этой жизни еще очень много нового! А кока-кола у тебя имеется?

— А, кола! — бармен окинул Леню презрительным взглядом и придвинул к нему бутылочку.

— И стакан дай, голуба! — проговорил Маркиз.

В ту же секунду рядом с ним возник невысокий тщедушный парень с маленькими бегающими глазками. Он подсел к Маркизу и прошептал:

— Мужик, ты зашел на мою территорию. Я — Катран. Хочешь отсюда выйти живым — гони монету.

— Как ты сказал? — переспросил Леня, поднеся ладонь к уху. — Я плохо слышу. Старость, наверное… Таракан, что ли? Не люблю насекомых! — и он неуловимым движением локтя прижал голову своего соседа к стойке бара. Тот злобно зашипел, пытаясь высвободиться, и задергал одновременно всеми конечностями, действительно при этом очень напоминая полураздавленного таракана.

— Ты мне стакан обещал, голуба! — вежливо напомнил Маркиз, повернувшись к бармену, который с открытым ртом наблюдал за происходящим.

— Ага, — бармен послушно протянул Лене стакан. Леня посмотрел стакан на свет и брезгливо проговорил:

— Плохо вымыт, поменяй!

Тем временем прижатый к стойке молокосос по-прежнему бессильно дрыгал руками и ногами и непрерывно изрыгал грязные ругательства, плохо слышные из-за того, что его физиономия была плотно прижата к столешнице.

Все остальные посетители заведения хранили молчание, не сводя глаз с Лени и его соседа.

Бармен подал другой стакан. Леня свободной рукой наполнил его и невозмутимо отпил кока-колу.

— Ну все, ты покойник! — прошипел придавленный парень. — Ищи себе место на кладбище!

— Да что ты говоришь! — воскликнул Леня в притворном ужасе. — Хам места такие дорогие! Придется мне у тебя одолжить пару косых!

Он наклонился к уху Катрана и вполголоса проговорил:

— Тебе привет от Мясника. Теплый, дружеский привет. Мясник велел передать, что ты — мелкая плесень, и если будешь на его территории изображать из себя терминатора, он тебя в два счета высушит!

Парень перестал дергаться и на несколько секунд замолчал. Потом он испуганно прошептал:

— Чего ж ты не сказал, что ты от Мясника?

— Вот теперь — сказал, — спокойно ответил Маркиз. — Так что усохни, плесень! Но прежде чем я тебя навсегда потеряю, расскажи дяде все, что знаешь про Юрку из шестого дома. Где он ошивается, чем занимается, какие у него проблемы…

— Юрка из шестого? — удивленно переспросил парень. — Да это мелочь…

— Мне повторить вопрос? — Леня строго взглянул на Катрана и посильнее прижал его к стойке.

— Не-не, я все понял! — прохрипел тот. — Юрка тут часто бывает, наверное, и сегодня придет… он всегда либо здесь, либо в «Клондайке»… заниматься он ничем не занимается, так только, оттягивается, когда денег у матери раздобудет. .. а проблемы у него с Жирным, он Жирному пять кусков должен…

Катран с трудом повернул голову и добавил:

— Так вот же он, твой Юрка! Притащился, легок на помине!

— Не иначе, богатым будет! — усмехнулся Маркиз и поднял локоть:

— Все, свободен! И сделай так, чтобы я тебя как можно дольше искал!

Он положил на стойку купюру, слез с табурета и не спеша направился ко входу в заведение, где стоял, настороженно оглядываясь, приземистый плотный парень лет восемнадцати. В его внешности отчетливо просматривались фамильные черты, и Леня сразу узнал сына медсестры Веры Ивановой.

Пока Леня шел к двери, его провожали десятки настороженных взглядов, но теперь в этих взглядах кроме неприязни чувствовался испуг и опасливое уважение.

— Здравствуй, Юрик, — проговорил Маркиз, поравнявшись с сыном медсестры, — как жизнь молодая?

Юрка попытался дать деру, но Леня был готов к такому повороту событий и перехватил своего нового знакомого за плечо.

— Ты кто? — пропыхтел Юра, безуспешно пытаясь вырваться. — Какого черта тебе от меня надо?

— Я Санта-Клаус, — ответил Маркиз. — Неужели ты меня не узнал? Вот ведь, говорил я парикмахеру: оставь бороду, оставь бороду, меня на улицах перестанут узнавать!

Он огляделся, нашел свободный столик и толчком усадил Юру, пристроившись рядом с ним.

— Ну че те надо? — захныкал парень. — Тебя Жирный прислал? Так я же сказал ему: отдам все на следующей неделе!

— На следующей? — переспросил Маркиз. — Интересно, где же ты их возьмешь?

— Достану, не волнуйся! Так и передай Жирному… Леня придвинулся к Юре и в самое ухо прошептал:

— Уж не часики ли бабкины толкнуть хочешь?

Юрка вдруг дернулся, как ошпаренный, и в ужасе уставился на Маркиза.

— Откуда ты про них знаешь?

— Это не твоего ума дело, — усмехнулся Леня. Он напрягся, как рыболов, почувствовавший, что клюнула крупная рыба. — Откуда я знаю — тебя не касается, а вот как ты, поросенок, про эти часы пронюхал — это вопрос интересный! И где ты их прячешь!

— Нет у меня этих часов! — вскрикнул Юра, предприняв еще одну попытку вырваться.

— Что ж ты про такие вещи на всю улицу кричишь? — неодобрительно проговорил Маркиз. — Ты бы еще по радио объявил!