— Я с вами, — безапелляционно заявила Ника. — У меня ноги затекли сидеть.
Я пожал плечами, потом сообразил, что в темноте жест останется незамеченным. Сказал:
— Как хочешь.
Прихватил один из факелов, и мы двинулись вперед. Я первый, Ника рядом, а Игорь — замыкающим, с ружьем наперевес.
Я понял, в чем дело, едва увидел на воде лунную дорожку.
— Твою ж мать…
Несколько минут ходьбы, и мы стояли на вершине горы и смотрели на озеро. Интуиция не подвела, хотя по-хорошему стоило сообразить сразу. Ведь ездил к родителям десятки раз, а тут — как заклинило.
Дорога в этом месте походила на спину двугорбого верблюда. На дальнем горбе Управленческий, к ближнему пристали мы, а между горбами… Между горбами серебрилось озеро, в поперечнике — добрый километр.
— Впадина глубокая? — спросил Игорь.
— Глубокая, — мрачно ответил я. — Вброд не перейдем. Придется тащить лодку.
Игорь промолчал. Он греб последним и потратил на этом участке едва ли не последние силы.
— Ладно, пошли назад. — Я хлопнул парня по плечу. — Недолго осталось.
Когда по возвращении я обрисовал ситуацию, отец Владимир только кивнул.
— Верно. Я и забыл совсем, давно тут был, — пробасил он.
Сан Саныч меланхолично хмыкнул.
Я попытался их подбодрить, хотя и сомневался, что им нужна моя поддержка:
— Тут недалеко.
— Справимся, — уверенно проговорил священник.
После недолгого совещания мы сгрузили большую часть сумок на Игоря с Никой, а сами втроем взялись за лодку. Идти в гору оказалось непросто. Вроде и нагрузка, если разделить, не такая большая, а мышцы заныли уже через несколько шагов. Сказывалась накопившаяся за день усталость.
Первую передышку устроили уже через полсотни метров…
Мы прошли половину пути до вершины горба и уже порядком удалились от воды, когда я услышал тихий треск.
— Стойте.
Я дернул край лодки, призывая остановиться.
— Коля, что случилось, устал? — Отец Владимир шел первым, мы с Сан Санычем держали корму.
— Нет. Там, — махнул я рукой в сторону леса, чертыхнулся и пояснил на словах. — Что-то услышал.
— Птицу, что ли? — шумно дыша, спросил Сан Саныч.
Прежде чем я успел ответить, раздался новый треск. На этот раз громче. И тут же следом протяжный вой — не в чаще, совсем близко.
— Волки! — крикнул Игорь.
Сумка с инструментами грохнулась на землю. Парень кошкой метнулся к лодке и вслепую нащупал ружье.
— Откуда тут?.. — начал было Сан Саныч, и в этот момент вой повторился.
Ветки снова захрустели, уже вполне отчетливо.
Ника схватила один из факелов и судорожно чиркнула спичкой. Факел занялся на удивление быстро и вспыхнул ярко. Ника подняла его высоко над головой. Пятно неровного света выплеснулось на растрескавшийся асфальт, выхватило смутные силуэты деревьев. Никого.
Вой перешел в рык, и в чаще, на краю видимости, мелькнула смутная тень.
— Сумки в лодку, быстро! — скомандовал я. — Бежим.
И мы рванули с места.
Адреналин лучше любого энергетика — мне ли, спортсмену, этого не знать. Как выяснилось, волк за спиной прекрасно способствует выработке адреналина.
А волк был не один: вой раздался снова, немного более высокий и чуть впереди по курсу. Сзади повторился хриплый рык. Снова затрещали ветки. Кажется, хищник не решался в одиночку напасть на пятерых, но не просто преследовал нас — он рычал и подвывал, привлекая внимание собратьев. Судя по шуму, вполне успешно.
Мы взбежали на вершину горба. До воды оставалось метров двести. И тут из темноты наперерез нам вылетел темный силуэт.
Отец Владимир затормозил так резко, что лодка едва не выскользнула из рук. Ника, бежавшая впереди, отпрянула назад и метнула догорающий факел. Бросок вышел неточным. Тлеющая палка ударилась об асфальт в паре метров от волка.
Хищник инстинктивно отпрыгнул вбок, прижался к земле, зарычал.
Это было последним, что он сделал. Короткой вспышки света Игорю хватило, чтобы сориентироваться. Едва хищник замер в стойке, хлопнуло ружье. Раздался громкий визг. Волк неуклюже скакнул и тут же свалился на бок, попытался встать и упал опять.
— Дальше, дальше! — крикнул Игорь, передергивая затвор.
Мы сорвались с места и подстегиваемые уже непрекращающимся треском рванули вперед.
Нам не хватило всего полусотни шагов. Еще один волк, выскочив наперерез, замер у самой кромки воды, сзади послышалось шуршание лап. Нас взяли в клещи.
Игорь прижал приклад к плечу, но не решился стрелять в темноте.
— Саныч, держи!
Я выпустил свой край лодки, моля, чтобы охранник понял меня правильно. И Саныч не подвел — перехватил лодку, не дав ей завалиться на бок. Я нашарил последний факел. Ника оказалась тут как тут, с коробком спичек в руках. Первая сломалась, но со второй край ткани удалось подпалить.
Факел горел не ахти, с прошлым не сравнить, но для того чтобы оценить положение, света хватило. Два хищника замерли в десятке шагов позади. Они утробно рычали, шерсть на загривках стояла дыбом. Однако бросаться в атаку волки не спешили. Вдали продолжали трещать кусты: стая спешила на помощь авангарду.
