В конце концов, он не выдержал, и решил сделать своеобразный
Но этот идиот не знал главного. Что знал сам зять профессора. Он нашёл в одной из старых книг упоминание о том, что некоторые такие коридоры, которые выглядели как обычные, просто с небольшим наклоном пола, и были достаточно длинны, на самом деле являлись
Учитывая все эти усилия, зять профессора мог со спокойной душой, практически сразу после отправления экспедиции, уже считать себя победителем в этом противостоянии. Если бы не одна проблема… Мориса… Его дочка, за которую он уже получил от нескольких разумных предоплату, тоже попёрлась в эту экспедицию. И это был плохой признак. Так как теперь все эти деньги ему будет нужно вернуть. И всё только потому, что он так и не предоставил им желаемого. Да. Он предлагал им свою младшую дочь. пятнадцатилетнюю соплячку, у которой в голове были только развлечения. Уж она-то точно не стала бы сопротивляться желанию отца выдать её замуж за обеспеченного разумного? Но была проблема… Она была не настолько красива, как её старшая сестра. И не так интересовала всех этих индивидуумов. Но если бы он стал признанным главой клана учёных, то получил бы доступ к их казне. И всё же смог бы в конце концов вернуть деньги. Ведь всё то, что ему выплатили ранее, он уже в основном растратил. Большую часть, конечно, на себя лично… А меньшую на этого несчастного проводника, в задачу которого входило отвести отряд только в одно место. И уже не возвращаться с ним обратно. Причём всё это было продумано так, чтобы никто впоследствии не мог бы связать зятя профессора с этим проводником. Он провёл его найм через бюро найма. И, до этого времени, по сути, считал себя достаточно защищённым в сложившемся положении.
Вот только не всё пошло так, как ему хотелось. И внезапно ворвавшийся в его кабинет старый профессор, всё ещё одетый в достаточно истрепанный комбинезон, не церемонился со своим зятем. Который даже не удосужился позаботиться о том, чтобы ему доложили, если экспедиция вдруг всё-таки вернётся. Это был факт упущения с его собственной стороны. Поэтому злиться ему нужно было только на самого себя. Судя по радостному хихиканию за дверями кабинета, все те, кто был недоволен его возвышением, сейчас старательно радовались происходящему. Прекрасно… Он всем это припомнит… Только бы этот старик сейчас успокоился…
– Прошу прощения, глава! – Тут же постарался он изобразить самую большую радость, на какую только мог быть способен. – Вы вернулись? Надеюсь, что вы всё же нашли, что хотели? Честно говоря, я просто хотел…
Но новая оплеуха, стремительно метнувшегося к нему профессора, заставила голову сорокалетнего мужчины резко дёрнутся. И произошло это до такой степени сильно, что он даже ударился лбом о стену кабинета.