— А, сейчас отвечу. — она взяла трубку, и начала говорить, — А, Рицуко, это ты. Что? Ну, да-да, можешь меня презирать, но я собралась переспать с Синдзи, я же ничего тебе не говорю о том, что ты спишь с командующим. Ну и что, что он несовершеннолетний, в Японии возраст согласия тринадцать лет, а ему четырнадцать и он очень даже согласен. Короче, что звонишь-то? Попинать мои моральные качества, ты можешь и при личной встрече. Что, поехать на презентацию робота? Что за робот? А, кто-то хочет доказать, что Евангелионы фуфло, ну поеду-поеду. Послезавтра, в Старом Токио, отлично. Я буду. Сама извращенка. — положила трубку Мисато, — Ты слышал Синдзи? Послезавтра поеду робота смотреть. Хех, и какой только дурак его решил построить, и какие дураки решили это профинансировать? Без АТ-поля, толку от него будет, как и от простого вертолета.
— Ладно, Мисато, иди уже ко мне. — сказал я.
— Слушай, Мисато, а у тебя ведь завтра выходной?
— Да… но, как-то мне не нравится куда ты клонишь, особенно после твоего рассказа о двухмесячном загуле в борделе. — сказала Мисато, ложа трубку на стол, и идя ко мне, где уже я обнял ее, схватив за сочную попку, член проник между ножек, а я заключил губы Мисато в поцелуй, и в его процессе переместил левую руку на грудь Мисато и начал обеими руками жамкать одновременно и ягодички и сисечки.
— Тогда как насчет провести этот выходной, не слезая с моего члена? — спросил я, разорвав поцелуй, но все так же продолжал массировать мягкие части тела Мисато, а еще и бедрами начал двигать, елозя членом между ляжек и натирая этим киску и клитор капитана Кацураги, что сейчас была никак не похожа на женщину ответственную за спасение человечества.
— А как же школа? Ты ее и так пропустил, и Рей из-за тебя тоже не ходила. — ответила Мисато, прижимаясь ко мне поближе, и тоже начиная мне подмахивать попкой, при этом поплотнее сжимая свои ножки.
— Я же говорил, что она мне не очень то и нужна. С Рей я могу и дома прекрасно пообжиматься, и для этого мне не надо куда-то ходить и прятаться. Были б там какие-нибудь сексапильные училки, вот типа тебя, я бы туда как на работу ходил, а так, я там просто время трачу, которое я бы мог посвятить твоей прекрасной истекающей соками киске… и попке. — сказал я, и ручка что массировала попку, залезла пальчиком в анус Мисато.
— Эй! Ау… Синдзи, извращенец, высунь палец!
— Кто из нас еще извращенец? Это ведь не я взрослая женщина, что хочет переспать с подростком, и сейчас обильно поливает своим нектаром его член, зажатый между своих ножек. Расслабься, я тебе все тут почищу, вот, и обезболю, и еще чувствительность усилю. — сказал я, а потом засунул и второй пальчик и начал ими там шуршать в разнобой.
— Мы все тут хороши, я сетаконщица, ты кобель, а Рей вон помешанная на твоей сперме. Ладно, дам я тебе в попку, только первый раз в киску. Давай, я уже вся завелась. — сказала Мисато, и ложась на кровать на спину, развела ножки, выставив на обзор блестящую от сока киску, и слегка раскрытую красную дырочку попки.
— У, я еще с первой встречи хотел тебе засадить, ну не буду больше ждать. — я подошел, и приставил головку члена к входу в пещерку наслаждения Мисато, и резким движением ввел член, влезло столько же как и в Рей, вот только:
— Эй, ты чё кончаешь? Только от того что просто всунул?
— О-о-х! Как же хоро-ошо. Столько лет без настоящего члена… умм… Синдзи, ты не мог постепенно его ввести… я ведь от внезапно нахлынувших ощущений от твоей огромного члена моментом кончила… он мне в матку уперся… и зачем было только такой отращивать, если он полностью не помещается, да еще и толстый такой? — спросила Мисато, у которой киска еще от оргазма пульсировала то сжимаясь, то разжимаясь.
