— Ну… только ради Кадзи. Понял?!
— Конечно же, ради Кадзи, не ради меня же. Так сейчас я немного выберусь, так, Мисато будет продолжать, а я лягу, и ты давай садись мне на лицо, я перед аналом тебя подготовлю.
— Сесть тебе на лицо?!
— Да.
— С удовольствием! — она уселась своей мокрой попкой мне лицо, и сказала: — Вот так, это именно то место, где ты заслуживаешь быть извращенец! Ох! Эй, понежнее там!
Я почистил попку Аски чакрой, и принялся вылизывать ее анальчик, проникая внутрь язычком, а в это время Мисато свою попку натягивала на мой член… неплохой такой у меня отдых на горячих источниках. Мням, люблю я попки, и все что с ними можно делать, конечно, и киски люблю, но как говорится, душе не прикажешь, и этот фетиш все же лидирует. Пока Мисато скакала на мне, я растягивал анус стонущей на мне Аски, которой я чакрой все обезболил и усилил приятные чувства от ее дырочки. Когда, наконец, Мисато кончила, а я был уже на грани, то быстро высунул своей член из нее, я уложив Аску, на камни устланные толстым слоем полотенец, засунул в нее головку своего дружка и кончил мощной обжигающей струей внутрь Аски, хорошенько там ей все смазывая, а также, доводя, наконец, до финиша и так раззадоренную анилиннгусом Аску.
Не теряя времени, пока Аска кончает, я пропихивал свой член внутрь, шло с переменным успехом, из-за спермы, что стала смазкой должно вроде идти нормально, вот только Аска, в этот момент ловила оргазм, все там у нее то сжималось, то разжималось, но я не сдавался, и засунув насколько мог, начал высовывать, потом вновь засовывать, и вскоре когда у громко стонущий Аски, закончился предыдущий оргазм, через полминуты у нее начался новый. Я не скупился на чакру, для того чтобы она подо мной не переставая кончала, чтоб значит у нее даже мысли не возникали о Кадзи. Она не выдержала, и через полчаса практически непрерывного оргазма, потеряла сознание, как раз когда я решил еще разочек смазать ее попку изнутри своим горячим молочком.
— Хм, отключилась. Мисато, пришла твоя очередь.
— Синдзи-Синдзи, влюбил в себя бедную девочку, и не хочешь ей признаться, что тоже ее любишь.
— Не нравится мне это слово на букву «Л».
— Это, которое «любовь».
— Да, оно. Я предпочитаю заменять его на слово «нравится», вся эта любовь слегка не по мне. Мне нравишься ты, и Рей, и Айрис, и Аска, и я готов даже за вас умереть. Но я все равно не считаю это любовью, по мне это какое-то безумное нерациональное чувство. А я и так достаточно безумен, мне и без него хорошо.
Мы с Мисато еще часик поразвлекались, и за это время Аска, так и не очнулась, так что пришлось ее нести на руках домой… устала она сегодня, перенервничала, да и смогла со мной перейти на следующую ступень отношений — мы теперь ради Кадзи, будем сексом заниматься.
Когда пришел домой, то было уже поздно, Рей уже заснула, а у меня на руках была спящая Аска, ну мы вчетвером все и улеглись спать на моей кровати — Рей слева, Мисато справа, и на мне лежала голенькая Аска. Когда она утром проснулась, то сначала не поняла где это вообще она, а потом, осмотревшись, как влепит мне пощечину, что я аж проснулся:
— Аска, блин, ты чё дерешься-то?
— Ты какого… ты… Чё я здесь делаю? Голая, на тебе?
— Ну, ты помнишь, чем вчера день закончился?
— Мы пошли на горячие источники… ум… а дальш… Черт! Извращенец ты меня в зад трахнул! — вновь влепила мне пощёчину.
— Блин, Аска, ты ведь в курсе, что твои пощёчины мне, что слону дробина. Но зато, они у тебя такие звонкие получаются, что мне кажется, что тебе намного больнее, чем мне.
— Ну, тогда на еще получай изврат! — начала она мне раздавать пощёчины налево и направо.
— Вы чё спать мешаете? Синдзи, говорила же тебе вчера положить Аску в её комнате, а ты: «Это не правильно. Аске будет приятно проснуться не одной в постели после произошедшего.» Вот теперь огребай. А-р-х-уу. Мням-мням. Придется теперь из-за вас на десять минут раньше вставать. — широко зевая сказала Мисато, и голенькая пошла собираться на работу.
— Да, Синдзи, зачем ты притащил сюда эту стерву? — спросила проснувшаяся Рей, что наблюдала, как Аска до сих пор отвешивает мне плюхи.
— Да, уже и сам жалею. — сказал я и получил очередную пощёчину, — Ладно, Аска, успокойся, я понял свою ошибку.
— Что ты понял, извращенец?! — спросила Аска, сидя своей голой попкой на моем животе, и в последний раз ударила меня, ибо она уже запыхалась, вся раскраснелась, и ее рыжие волосы немного растрепались.
— Понял, что я тебе противен, и рядом со мной ты спать не хочешь, не хочешь чувствовать моего тепла, я для тебя лишь тренажер для Кадзи. Прости меня, что я позволил себе подумать лишнего, что между нами может быть какие-то чувства. Я извиняюсь, я больше не буду делать ничего такого, как если бы ты была моя девушка. Твое сердце принадлежит Кадзи, и мне нужно смириться с этим.
— Д… Да! Тупица! Ты верно понял! Тупица! — крикнула напоследок Аска, и пошла в свою комнату.
— Какая сложная девочка. Да, Рей?
— Мугм. — промычала Рей, с моим членом во рту.
