— Ты изменишь свою точку зрения, если вспомнишь, что кристаллы используются для усиления радиоволн — это явление называется пьезоэлектричеством. Точно так же ученые применяют драгоценные камни и кристаллы для выработки и преобразования энергии. Моисей, верховный жрец, посвященный в тайны Древнего Египта, использовал свои обширные познания в драгоценных камнях и кристаллах, создавая «Камни огня». Я даже пойду дальше и скажу, что наперсник — это не что иное, как верх древних технологий, каждый камень был специально отобран из-за его уникальных вибрационных свойств.
Услышав это, Эди презрительно фыркнула.
— Ты шутишь, правда? Едва ли можно назвать старый наперсник технологическим чудом.
— Ха, но все обстояло именно так, и, быть может, обстоит так и по сей день. Только потому, что на нем не написано слово «Сони», он не становится менее сложным инструментом, чем сотовый телефон у меня в нагрудном кармане, — возразил Кэдмон, похлопав себя по вышеназванному карману. — «Камни огня» даже по меркам двадцать первого века являются настоящим шедевром.
Задумавшись над этим на какую-то долю секунды, Эди ограничилась ничего не выражающим «гм».
Протянув руку к тумбочке, разделяющей две двуспальных кровати, Эди схватила бело-розовый пакет с печеньем. Разорвав упаковку обеими руками, она выдвинула коробку с коричневым печеньем фабричного производства и угостила Кэдмона.
— Нет, благодарю, — вежливо отказался тот.
Ее губы изогнулись в насмешливой улыбке.
— О, ну же, Кэдмон, попробуй, тебе понравится.
Осознав, как же легко был соблазнен Адам, Кэдмон взял печенье с кремом и, откусив кусок, заметил:
— Довольно вкусно.
Ловким движением рук Эди разломила свое печенье надвое, после чего, к бесконечному изумлению Кэдмона, наблюдавшего за происходящим в мертвенном оцепенении, слизнула белый крем языком.
— Так, предположим на минуту, что Моисей был египетским жрецом. С какой стати ему было выводить ватагу еврейских рабов из Египта?
— Твой вопрос предполагает, что Египет покинули евреи, и только евреи.
— Ну а кто еще мог уйти вместе с ними?
— Все те, кому угрожала смертельная опасность. — Подождав, чтобы она осмыслила его слова, Кэдмон продолжил: — В частности, весь двор Эхнатона.
— Ну-ка, еще раз? — Эди от удивления даже опустила недоеденное печенье.
— Ты должна понять, что когда Эхнатон ввел в Египте монотеистическую веру, это явилось самой настоящей религиозной революцией. В чем-то сродни тому смятению, которое наступило, когда Мартин Лютер прибил гвоздем свои тезисы.[13] Внезапно в одночасье весь пантеон привычных богов — Изида, Сет, Осирис — оказался низвергнут.
— Насколько я понимаю, то, что одни считали новой религией, другим казалось оголтелой ересью, — догадалась Эди.
— Совершенно верно. После смерти Эхнатона последователи старой религии буквально смели царский двор. Жаждая отмщения. Можно добавить, что все упоминания об Эхнатоне и Атоне были стерты из анналов египетской истории.
— И что сталось с теми египтянами, кто сохранил верность Атону?
— Они бежали из Египта, собравшись буквально за одну ночь. Массовый исход вельмож и рабов.
— Что ж, это объясняет то место из Исхода, где говорится про иудейских рабов, во время бегства из Египта якобы забравших «вещи серебряные и вещи золотые». Черт побери, откуда у рабов могли быть такие сокровища?
Кэдмон кивнул, удивленный тем, насколько хорошо Эди знакома со Священным Писанием.
— На самом деле эти сокровища принадлежали не иудейским рабам, а египетским вельможам, которые сопровождали их во время бегства.
— Моисей повел их в страну Ханаан?
— Я так полагаю.
— Хотя, конечно, история получается замечательная, все равно нужны более веские доказательства, чтобы забыть все то, что столько лет вдалбливали мне в воскресной школе. — Эди взглянула на электронный будильник на тумбочке и объявила, соскакивая с кровати: — Пора смотреть шестичасовой выпуск новостей.
Направив пульт дистанционного управления на телевизор, она нажала кнопку включения. На экране появилась женщина в костюме с пучком светлых волос на голове:
— …повторился хаос, охвативший Вашингтон после событий 11 сентября. Посетители, пришедшие сегодня в Национальную галерею искусств, оказались под пулями террориста. Неизвестный преступник открыл огонь из пистолета в подземном переходе…
Пока ведущая продолжала зачитывать текст, на экране возникли нечеткие кадры «хаоса», очевидно снятые любителем, у которого к тому же дрожали руки, что определенно добавляло сюжету драматизма. К облегчению Кэдмона, ни его самого, ни Эди на съемке видно не было.
— Но все ведь было не так… это не террористическая атака… — с опешившим видом обернулась Эди. Схватив пульт дистанционного управления, она поспешно переключила на другой канал.
— …стрельба в подземном переходе музея стала частью скоординированной террористической атаки, в ходе которой также была взорвана заминированная машина, стоявшая в нескольких шагах от выхода на Четвертую улицу. Сообщений о погибших нет, но несколько сотрудников чрезвычайных служб получили сильные ожоги.
