Будущее. Земля уничтожена. В живых остался только один мужчина, мизантроп и убийца. На огромном космическом корабле. Он решает быть богом. Но вскоре обнаруживает, что в его мире ещё двое – парень и девушка. Этот космический мир начинает развитие. Человечество обрело новую колыбель. Удивительным образом история повторяется. В Пятикнижие охвачен период более чем 600 лет. Много в повести актуально, к примеру, управление численностью населения через вирусы, через болезни, через ограничение к знаниям. За шесть веков происходят перевороты, смена власти. В какие-то периоды наступает "золотая эра" – время гармонии. Ковчег автономен, он вырабатывает воздух, в огромных отсеках зреет урожай, в других пасётся скот, в аквариумах полно рыбы. Вечен ли этот мир, существующий благодаря центральному компьютеру? Цифровая машина управляет всем, став вместо человека богом…
…говорит Гоморра – центральный компьютер межзвёздного корабля «Ковчег». Сейчас двадцать семь часов тридцать девять минут. Тридцать третий день Новейшей эры. Запускаю сканирование… Запасы воздуха на двести пятьдесят шесть земных лет… Запасы воды на пятьсот земных лет… Запасы…
– Гоморра, расскажи обо мне. Мне приятно, – попросил мужчина, сидящий в кресле напротив огромного иллюминатора с сигарой. За бронестеклом в космическом пространстве на фоне звёзд уже тридцать три дня разворачивался беззвучный взрыв…
– Станислав Гарек… последний землянин, мужчина, пятьдесят три земных года… Семьи нет… Специальность инженер космических судов… Уровень IQ 156, что соответствует гению. Девственник. Латентный гомосексуалист…
– Но-но, – обидчиво произнес Гарек, – это ничем не подтверждено. Мне нравились и женщины…
– Долгое время работал на сверхзакрытом предприятии проектирования сверхдальних космических аппаратов главным конструктором….
– Целых двадцать три года, – усмехнулся Гарек.
– …за это время разработал план побега с Земли, – продолжал компьютер женским голосом, – и уничтожения всех людей…
– Меня можно было бы считать параноиком. Но вот… – Гарек ткнул сигарой, подойдя к иллюминатору, в точку, откуда начался взрыв. – Вот, что осталось от планеты Земля и десяти миллиардов людишек. Я! Я вышел в космос! Я сначала сбил все орбитальные станции! И я затем направил пятьсот ракет с ядерным зарядом! Человечества нет, – Гарек тихо засмеялся.
– На Марсе, – попробовал возразить компьютер.
– Что на Марсе?! – прикрикнул Гарек. – Кучка колонистов? Через две недели мои ракеты достигнут и Марс и…
Мужчина замолчал. Налил себе красного вина. Снова сел в кресло. Сделал глоток и продолжил:
– …и я во всей Вселенной остался один. Одно единственно живое существо, обладающее интеллектом и сознанием. По существу… – он снова отглотнул, смакуя мысль, которую намеривался озвучить, – я – Бог!
– Нужно признать тот факт, я практически могу сейчас создавать любые знания, любую религию… Вот так с чистого листа. Я напишу собственную мифологию, собственный Коран, изобрету вновь Бога… или же откажусь от идеи Бога… Я подумаю… Знаешь, меня переполняет такой восторг, что у меня… Да, у меня эрекция!
– Мне отключиться? – спросил компьютер.
– Ну, зачем же, милая?
– Я так понимаю, вы хотите заняться онанизмом…
– Верно, лапушка. И я хочу, чтобы ты смотрела….
– Меня это смутит! – по-женски запротестовал компьютер.
– Я ни только хочу, чтобы ты смотрела, но и комментировала…
Вдруг всё замигало.
– Тревога! В отсеке шестнадцать датчики движения уловили постороннего на корабле!
– Что?! – вскочил Гарек, убирая пенис в ширинку. – Отсек шестнадцать? Это там, где урожай пшеницы? Выведи на монитор, что там…. Крысы?
Гарек затрясся от напряжения.
– Это… это дети?!
– Я анализирую сканируемые биологические ритмы. Это люди. Двое. Один женского пола, другой мужского. С вероятностью восемьдесят два и два процента близнецы. Возраст восемнадцать лет…
– Как они очутились здесь?! – сжал кулаки Гарек. – Просканируй весь корабль, никого больше нет? А я пойду к ним…. нужно прикончить вырадков и выбросить тела в космос!
Брат с сестрой сидели обнявшись посреди поля золотой пшеницы. Они примяли колосья. Они дрожали и молча плакали. Они смотрели на мужчину, который сейчас стоял над ними с дробовиком в руках.
Гарек оглядел свое пшеничное поле – целых пять соток зрелого злака – и снова зло посмотрел на «зайцев». Оба были в темных облегающих костюмах без каких-либо знаков отличия, ни нашивок, ни лейблов.
– Кто вы такие и как очутились здесь? – направив на молодых людей ствол, спросил он.
– Я Коля, а это Оля – сестра моя. Мы не помним, как мы здесь оказались. Всё, что мы помним, мы уснули в своей комнате…. в Москве, на Неглинной, дом …
– Вы тут пшеницу помяли… Трахались, что ли, тут?
– Мыс с сестрой не понимаем…
– О! Девственники! – хихикнул Гарек и стал демонстративно мять гульфик, млея от того, что молодые люди потупились. – Я тоже девственник! Что? Вам не вериться, что я этого не стыжусь?! А мне некого стыдиться! Кроме вас, все мертвы. И вы сейчас умрете. Так что можете даже посмеяться надо мной напоследок…
– Не убивайте нас, – взмолился Коля, и они с Олей заплакали.
– Ладно… Вставайте. Теперь шагайте на выход из этого отсека. Гоморра, подготовь душевой отсек…
– Здесь стоять! – приказал Гарек возле двери с овальным иллюминатором. – Раздевайтесь до гола…
– До гола? Зачем? – обнимая дрожащую сестру, непонимающе смотрел Коля.
– От вас воняет, как от слесаря на заводе. Здесь душевая…
– Вы не отвернётесь?
– Что?! – захохотал Гарек. – Я тут хозяин. Я хочу посмотреть на ваши попки и письки….
… Гарек смотрел в иллюминатор, после того, как голые брат с сестрой вошли, а дверь затворилась за ними. Со всех сторон забили струи теплой воды…
