Невероятных усилий стоило Сергею не нагрубить в ответ, и желваки остервенело загуляли на его щеках. Он встретился взглядом с командиром, в живописной мимике которого прочел: «Не вздумай что-нибудь сказать!»
После того как офицеры штаба убыли с лодки, командир вошел в штурманскую рубку. Стеклов сидел, облокотившись на автопрокладчик, сосредоточенно и бесцельно вращая на карте циркуль.
– Ну что? Еще сомневаешься? – спросил командир.
– Какие уж теперь сомнения.
– Подумал над моим предложением?
– Согласен, – сказал Стеклов равнодушно.
Командир, как и обещал, довольно быстро уладил вопрос со своим другом, начальником факультета. Как только из училища пришли документы о подтверждении вакансии на должность заместителя начальника факультета по учебной работе и соответствии кандидатуры Стеклова на нее, лично предупредил в штабе дивизии всех, кто был причастен к кадровому делообороту, о необходимом содействии – его авторитет имел влияние в штабе.
Уже через несколько дней Стеклов сдал дела новому командиру боевой части, назначенному вместо него, засидевшемуся уже в должности командира электронавигационной группы Виктору Серову, а сам начал долгий путь по бюрократической лестнице, рассчитываясь с тыловыми службами.
Через неделю ему оставалось только сдать служебную квартиру. До убытия в славный город Санкт-Петербург оставались считанные дни.
На исходе нервного дня, завершающего хождения по различным инстанциям, собрав вещи, Сергей устало опустился в кресло, окинул взглядом комнату, прикидывая в уме, не забыл ли чего. «Ладно, в конце концов, главное – документы и деньги, остальное можно купить», – решил он.
В дверь позвонили. Сергей открыл, и в квартиру с шумом вошли его друзья, держа в руках пакеты с провизией.
– Обстановочка прямо-таки вокзальная, – весело сказал Юрий, глядя на приготовленные к отъезду сумки и осиротелый вид квартиры. – Не закрывай, скоро Вадик Зенцов подойдет, он сменяется, – крикнул он Сергею в прихожую. Зенцов являлся начальником Юрия, командиром радиотехнической боевой части.
Леонид с Антоном Сентябрёвым, командиром боевой части связи, начали накрывать на стол, гремели посудой. Астафьев откупорил бутылку с коньяком.
– Вот это я понимаю: организация! – сказал Берсенев одобрительно, войдя на кухню, закинул руку Сергею на плечо и слегка подтолкнул, как бы говоря: «Не вешай нос! Прорвемся!»
Со всем своим балагурством Юрий всегда точно угадывал настроение Стеклова и без слов его понимал. Иногда Сергею даже казалось, что Берсенев, когда-то давно надев эту маску скомороха, просто забыл вовремя ее снять, и она стала привычкой, а под ней не человек – живой нерв… И, чтобы его не бередить, Юра решил играть в эту игру. Как-то наедине он высказал эту мысль Берсеневу; Юрий промолчал, улыбаясь, но Сергей уловил во взгляде на секунду вспыхнувший, злой, задорный, как перед дракой, огонек.
Наконец все было готово, и друзья уселись за стол.
– Ну, погладим дорожку! – сказал Алексей, поднимая стакан.
Коньяк горячо и вязко разлился по нутру. Только сейчас Сергей вспомнил, что с самого утра ничего не ел, и желудок его, ощутив пищу, заурчал.
Скоро к компании присоединился и Зенцов.
– Ну и дежурство выдалось, язви его в корень, – сказал он, присаживаясь к столу, – голова гудит как колокол. – Голодный возбужденный взгляд его жадно ощупал стол, и, выпив услужливо поднесенную Алексеем «штрафную», Вадим спросил: – Что, Серега, готов отчаливать?
– Да как-то не верится, если честно. Как будто не со мной это все…
– Сомову по фейсу тоже как будто не ты отвесил? – спросил, улыбаясь, Астафьев.
– А вообще, скажу я вам, это нужно было видеть, как Серега его приземлил, – сказал Леонид. – Просто классика бокса. А тот сидит на палубе такой беззащитный, ртом воздух хватает – ну натурально рыба. Очень необычно видеть начальство в таком неловком положении.
– Да уж, много бы я отдал, чтобы это увидеть воочию, – засмеялся Сентябрёв.
– А самое забавное, – продолжил Леонид, – все, кто был в центральном посту, сразу в свои приборы-мониторы уткнулись, приросли прямо, как будто в жизни ничего интереснее не видели. И тишина гробовая… только механизмы гудят. Умора! Итак, – сказал Сотников с нарастающей силой в голосе, подражая начальникам, возглавляющим парады, – товарищ Стеклов! За исполнение самого сокровенного желания каждого подводника, от всего подводного братства Северного флота объявляю вам благодарность! И низкий поклон от себя лично, – добавил он, улыбаясь.
Компания разразилась хохотом, и через несколько секунд в стену застучал сосед.
– Тише, кони! – урезонил друзей Сергей. – А то скоро этот соседушка с участковым сюда прибежит, он поскандалить любит. Ну и балабон же ты, Сотников.
– Балабон не балабон, а говорю как есть, – ответил тот, пытаясь соорудить бутерброд сразу со всеми закусками, что были на столе, – и предлагаю поднять бокалы.
